Читаем Том 5. Драмы полностью

Тому назад лет десять, я вступалЕще на поприще разврата;Раз, в ночь одну, я всё до капли проиграл,Тогда я знал уж цену злата,Но цену жизни я не знал;Я был в отчаяньи — ушел и ядуКупил — и возвратился вновьК игорному столу — в груди кипела кровь.В одной руке держал я лимонадуСтакан — в другой — четверку пик:Последний рубль в кармане дожидалсяС заветным порошком — риск, право, был велик;Но счастье вынесло — и в час я отыгрался!С тех пор хранил я этот порошок,Среди волнений жизни трудной,Как талисман таинственный и чудный,Хранил на черный день, и день тот недалек.

(Уходит быстро.)

Выход третий

Хозяйка, Нина, несколько дам и кавалеров

(Во время последних строк входят.)


Хозяйка

Не худо бы немного отдохнуть.

Дама (другой)

Так жарко здесь, что я растаю.

Петков

Настасья Павловна споет нам что-нибудь.

Нина

Романсов новых, право, я не знаю.А старые наскучили самой.

Дама

Ах, в самом деле, спой же, Нина, спой.

Хозяйка

Ты так мила, что, верно, не заставишьСебя просить напрасно целый час.

Нина (садясь за пиано)

Но слушать со вниманьем мой приказ.Хоть этим наказаньем вас,Авось, исправишь!

(Поет.)

«Когда печаль слезой невольнойПромчится по глазам твоим,Мне видеть и понять не больно,Что ты несчастлива с другим.Незримый червь незримо гложетЖизнь беззащитную твою,И что ж? я рад, — что он не можетТебя любить, как я люблю.Но если счастие случайноБлеснет в лучах твоих очей,Тогда я мучусь горько, тайно,И целый ад в груди моей».

Выход четвертый

Прежние и Арбенин

(В конце 3-го куплета муж входит и облокачивается на фортепиано. Она, увидев, останавливается.)


Арбенин

Что ж, продолжайте.

Нина

Я конец совсемЗабыла.

Арбенин

Если вам угодно,То я напомню.

Нина (в смущении)

Нет, зачем?

(В сторону, хозяйке)

Мне нездоровится.

(Встает.)

Гость (другому)

Во всякой песни моднойВсегда слова такие есть,Которых женщина не может произнесть

2-й гость

К тому же слишком прям и наш язык природныйИ к женским прихотям доселе не привык.*

3-й гость

Вы правы; как дикарь, свободе лишь послушный,Не гнется гордый наш язык,Зато уж мы как гнемся добродушно.

(Подают мороженое. Гости расходятся к другому концу залы и по одному уходят в другие комнаты, так что наконец Арбенин и Нина остаются вдвоем. Неизвестный показывается в глубине театра.)

Нина (хозяйке)

Там жарко, отдохнуть я сяду в стороне! (Мужу)Мой ангел, принеси мороженого мне.

(Арбенин вздрагивает и идет за мороженым; возвращается и всыпает яд.)

Арбенин (в сторону)

Смерть, помоги.

Нина (ему)

Мне что-то грустно, скучно;Конечно, ждет меня беда.

Арбенин (в сторону)

Предчувствиям я верю иногда.

(Подавая)

Возьми, от скуки вот лекарство.

Нина

Да это прохладит (ест).

Арбенин

О, как не прохладить?

Нина

Здесь ныне скучно.

Арбенин

Перейти на страницу:

Все книги серии Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений в 6 томах [1954-1957]

Похожие книги

Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия