Читаем Том 4 полностью

Экономисты возразят нам на это: ну, хорошо, мы согласны, что конкуренция между рабочими, которая, наверное, не уменьшится при господстве свободной торговли, очень скоро приведет заработную плату в соответствие с более низкой ценой товаров. Но, с другой стороны, понижение цены товаров поведет к большему потреблению; большее потребление потребует усиленного производства, которое повлечет за собой усиление спроса на рабочие руки; результатом этого усиления спроса на рабочие руки будет повышение заработной платы.

Вся эта аргументация сводится к следующему: свободная торговля увеличивает производительные силы. Если промышленность возрастает, если богатство, производительные силы, одним словом, производительный капитал повышает спрос на труд, то цена труда, а, следовательно, и заработная плата повышаются. Возрастание капитала является обстоятельством, наиболее благоприятным для рабочего. С этим необходимо согласиться. Если капитал останется неподвижным, то промышленность не останется неподвижной, а станет падать, и рабочий в этом случае окажется первой жертвой ее падения. Рабочий погибнет раньше капиталиста. Ну, а в том случае, когда капитал возрастает, то есть, как уже сказано, в лучшем для рабочего случае, какова будет его судьба? Он точно так же погибнет. Рост производительного капитала означает также накопление и концентрацию капиталов. Следствием централизации капиталов является большее разделение труда и более широкое применение машин. Более развитое разделение труда сводит на нет профессиональное искусство рабочего, ставя на место этого искусства работу, которую может выполнить каждый, и увеличивая тем самым конкуренцию между рабочими.

Эта конкуренция становится тем более сильной, что разделение труда дает возможность одному рабочему выполнять работу троих. Применение машин приводит к тому же результату, и притом в гораздо большем масштабе. Рост производительного капитала заставляет промышленных капиталистов вести дело, непрерывно увеличивая средства производства, и этим разоряет мелких предпринимателей, отбрасывая их в ряды пролетариата. Далее, так как по мере накопления капиталов понижается норма процента, то мелкие рантье, которые не могут больше прожить на свою ренту, вынуждены пускаться в предпринимательство, чтобы в дальнейшем увеличить число пролетариев.

Наконец, по мере роста производительного капитала для него все больше становится необходимым производить для такого рынка, потребности которого ему не известны, производство все больше опережает потребление, предложение все больше стремится увеличить спрос, и вследствие всего этого кризисы происходят все чаще и становятся все интенсивнее. Но каждый кризис, со своей стороны, ускоряет централизацию капиталов и увеличивает ряды пролетариата.

Итак, с ростом производительного капитала конкуренция между рабочими увеличивается в гораздо большей степени. Оплата труда уменьшается для всех, а для некоторых увеличивается и тяжесть труда.

В 1829 г. в Манчестере имелось 1088 прядильщиков, которые работали на 36 фабриках. В 1841 г. прядильщиков насчитывалось уже только 448, и эти рабочие обслуживали на 53353 веретена больше, чем 1088 прядильщиков в 1829 году. Если бы количество применяемого ручного труда возрастало соответственно развитию производительных сил, то число рабочих должно было бы дойти до 1848; следовательно, усовершенствования, сделанные в области машинной техники, оставили без работы 1100 рабочих.

Мы заранее знаем ответ экономистов. Эти оставшиеся без работы люди, скажут они, найдут себе другое занятие. На конгрессе экономистов д-р Боуринг не преминул привести этот аргумент, но не преминул при этом опровергнуть самого себя.

В 1835 г. д-р Боуринг произнес в палате общин речь на тему о 50000 лондонских ткачей, уже в течение долгого времени гибнущих от голода в бесплодных поисках того нового занятия, перспективой получения которого тешат их фритредеры.

Приведем наиболее примечательные места из этой речи д-ра Боуринга.