Читаем Том 3 (Шаламов) полностью

Том 3 (Шаламов)

Над трущобами Витима,Над косматою землей,Облаков зловещих мимоЯ лечу к себе домой.И во чреве самолета,Как Иона у кита,Я прошу у шеф-пилота:Ради Господа Христа,Донеси меня до юга,Невредимым донеси,Пусть меня забудет вьюгаХоть на месяц на Руси.Я срисовывал бы чащи,Только в них войдет гроза,Солнцу б я как можно чащеПопадался на глаза.В посрамленье злой мороки,В просветление ума,Я б успел составить строки,Что шептала мне зима.Перед аэровокзаломГорло сдавит тошнота:Снова — пропасти, провалы,Под ногами — пустота.У меня сейчас воочью,А не только между строк, —Неустойчивую почвуВыбивают из-под ног.Вижу, как, вращая крылья,Самолетный вьется винт,С давней раны, с давней болиМне разматывают бинт.Открывая, обнажая,Растревоженная вновь,Чтоб могла рука чужаяРазодрать ту рану в кровь.Там, в своей пурге-тумане,Мне не стоило трудаКровь любой подобной раныУдержать кусками льда.Я стою, не веря в лето,И искать не знаю гдеМедицинского совета,Чтоб помочь моей беде.Но твое рукопожатьеТак сердечно горячо;Птицы ситцевого платьяМне садятся на плечо.И знакомое лекарствоТихо капает из глаз —Драгоценное знахарство,Исцеляющее нас.Вот я таю, как ледышка,От проклятых этих слез,Душу мне еще не слишкомОстудил земной мороз.

Концерт[26]

Скрипка, как желтая птица,Поет на груди скрипача;Ей хочется двигаться, биться,Ворочаться у плеча.Скрипач ее криков не слышит,Немыми толчками смычкаОн скрипку все выше, все вышеЗабрасывает в облака.И в этой заоблачной высиЕстественный климат ее,Ее ощущенья и мысли —Земное ее бытие.Но всякий, имеющий уши,Да слышит отчаянья крик,Который нам в уши обрушитДо слез побледневший старик.Он — гения душеприказчик,Вспотевший седой виртуоз,Пандоры окованный ящикОн в зал завороженный внес.Он смело сундук открываетОдним поворотом ключа,Чтоб нас отогнали от раяВидения скрипача.Чтоб после небесной поездкиВернуться на землю опятьИ небу чужому в отместкуЗаплакать и загоревать.И мы, возвращаясь к земному,Добравшись по старым следамК родному знакомому дому,Мы холод почувствуем там.Мы чем-то высоким дышали.Входили в заветную дверь…Мы многое людям прощали,Чего не прощаем теперь.