Читаем Том 12 полностью

«Пусть высшие чиновники Кантона и пекинское правительство не обольщаются. Снисходительность, проявляемая до сих пор британским правительством, происходит не от ощущения слабости, а от сознания превосходства своих сил. Британское правительство хорошо знает, что если бы того потребовали обстоятельства, британские военные силы смогли бы разрушить город Кантон, не оставив камня на камне, и таким образом подвергнуть население этого города самому примерному наказанию».

Таким образом, бомбардировка Кантона, имевшая место в 1856 г., в бытность лорда Пальмерстона премьером, была возвещена еще в 1849 г. в последнем послании, отправленном в Гонконг лордом Пальмерстоном, в то время министром иностранных дел в кабинете Рассела. Все существовавшие за этот промежуток времени правительства отказались как-либо смягчить распоряжение, категорически запрещающее британским представителям в Гонконге настаивать на их допущении в Кантон. Так поступили граф Гранвилл в министерстве Рассела, граф Малмсбери в министерстве Дерби и герцог Ньюкасл в министерстве Абердина. Наконец, в 1852 г. уполномоченным был назначен д-р Боуринг, занимавший до тех пор пост консула в Гонконге. Как утверждает г-н Гладстон, назначение д-ра Боуринга было делом лорда Кларендона, слепого орудия Пальмерстона, и состоялось без ведома и согласия кабинета Абердина. Когда Боуринг впервые поставил ныне обсуждаемый вопрос, Кларендон депешей от 5 июля 1854 г. сообщил ему, что он прав, но что ему следует подождать, пока не будет в наличии необходимых для осуществления его цели военно-морских сил. Англия вела в то время войну с Россией. Как раз в тот момент, когда возник инцидент с «Эрроу», Боуринг узнал, что мир заключен и в его распоряжение действительно высланы военно-морские силы. Тогда-то и был найден предлог для ссоры с губернатором Е. 10 января, получив донесение обо всем происшедшем, Кларендон сообщил Боурингу: «правительство ее величества всецело одобряет образ действий, избранный сэром М. Сеймуром и вами». Это одобрение, высказанное в столь немногих словах, не сопровождалось никакими дальнейшими инструкциями. Напротив, г-н Хаммонд в своем письме секретарю адмиралтейства выразил адмиралу Сеймуру от имени лорда Кларендона восхищение правительства по поводу «умеренности, с какой он действовал, и проявленного им бережного отношения к жизни и имуществу китайцев».

Таким образом, не может быть сомнения, что резня в Китае была задумана самим лордом Пальмерстоном. Под каким знаменем надеется он теперь собрать вокруг себя избирателей Соединенного королевства — это вопрос, на который, я надеюсь, вы позволите мне ответить в другой корреспонденции, ибо эта корреспонденция уже и так превысила положенные ей размеры.

Написано К. Марксом в марта 1857 г.

Напечатано в газете «New-York Daily Tribune» № 4970, 25 марта 1857 г.

Печатается по тексту газеты

Перевод с английского

К. МАРКС

ПРЕДСТОЯЩИЕ ВЫБОРЫ В АНГЛИИ[137]

Лондон, 13 марта 1857 г.

«Да надобно, милорд, чтоб вы стоялиМежду двумя священниками.Я На эту святость и налечь намерен».

[Шекспир. «Трагедия о короле Ричарде III», акт III, сцена седьмая. Ред.]

Перейти на страницу:

Все книги серии Маркс К., Энгельс Ф. Собрание сочинений

Похожие книги

Будущее ностальгии
Будущее ностальгии

Может ли человек ностальгировать по дому, которого у него не было? В чем причина того, что веку глобализации сопутствует не менее глобальная эпидемия ностальгии? Какова судьба воспоминаний о Старом Мире в эпоху Нового Мирового порядка? Осознаем ли мы, о чем именно ностальгируем? В ходе изучения истории «ипохондрии сердца» в диапазоне от исцелимого недуга до неизлечимой формы бытия эпохи модерна Светлане Бойм удалось открыть новую прикладную область, новую типологию, идентификацию новой эстетики, а именно — ностальгические исследования: от «Парка Юрского периода» до Сада тоталитарной скульптуры в Москве, от любовных посланий на могиле Кафки до откровений имитатора Гитлера, от развалин Новой синагоги в Берлине до отреставрированной Сикстинской капеллы… Бойм утверждает, что ностальгия — это не только влечение к покинутому дому или оставленной родине, но и тоска по другим временам — периоду нашего детства или далекой исторической эпохе. Комбинируя жанры философского очерка, эстетического анализа и личных воспоминаний, автор исследует пространства коллективной ностальгии, национальных мифов и личных историй изгнанников. Она ведет нас по руинам и строительным площадкам посткоммунистических городов — Санкт-Петербурга, Москвы и Берлина, исследует воображаемые родины писателей и художников — В. Набокова, И. Бродского и И. Кабакова, рассматривает коллекции сувениров в домах простых иммигрантов и т. д.

Светлана Бойм

Культурология