При всем этом торговля и судоходство Триеста далеко еще не достигли того уровня, когда торговый оборот принимает определенные устойчивые формы и автоматически является следствием полного развития ресурсов страны. Чтобы убедиться в этом, стоит лишь бросить взгляд на экономическое положение Австрийской империи, с ее недостаточно развитыми внутренними путями сообщения, с ее населением, в значительной части еще одетым в овчины и незнакомым с потребностями культурного быта. Как только Австрия доведет развитие своих путей сообщения хотя бы, скажем, до уровня, какого они достигли в германских государствах, так торговля Триеста быстро и энергично проложит себе путь в самое сердце империи. Окончание строительства железной дороги от Триеста до Вены с веткой от Цилли до Пешта произведет в австрийской торговле целую революцию, из которой ни один центр не извлечет больших выгод, чем Триест. Эта железная дорога безусловно начнет с грузооборота большего, чем грузооборот Марселя. Однако возможные размеры этого грузооборота мы определим, лишь приняв во внимание, что страны, для которых Адриатическое море является единственным выходом, имеют население в 30966000 жителей, то есть равное населению Франции в 1821 г., и что порт Триеста будет обслуживать территорию в 60398000 гектаров, то есть на 7 млн. гектаров больше территории Франции. Поэтому Триесту в ближайшем будущем суждено стать тем же, чем являются для Франции Марсель, Бордо, Нант и Гавр, вместе взятые.

Написано К. Марксом в конце ноября 1856 г.

Напечатано в газете «New-York Daily Tribune» № 4906, 9 января 1857 г.

Печатается по тексту газеты

Перевод с английского

К. МАРКС

МОРСКАЯ ТОРГОВЛЯ АВСТРИИ

В одной из предшествующих статей мы проследили природные условия, благодаря которым возродилась адриатическая торговля в Триесте. Развитие этой торговли в значительной степени является результатом деятельности Австрийского Ллойда — компании, основанной англичанами, но с 1836 г. находящейся в руках триестских капиталистов. Первоначально Ллойд имел всего лишь один пароход, совершавший один рейс в неделю между Триестом и Венецией. Вскоре эти рейсы стали ежедневными. Постепенно пароходы Ллойда завладели торговлей Ровиньо, Фиуме, Пирано, Зары и Рагузы на истрийском и далматинском берегах. Вслед за тем в сферу деятельности компании была вовлечена Романья, затем последовали Албания, Эпир и Греция. Пароходы Ллойда еще не вышли за пределы Адриатики, когда Архипелаг, Салоники, Смирна, Бейрут, Птолемаида и Александрия стали добиваться включения их в сеть рейсов, которую проектировала эта компания. Наконец, суда Ллойда проникли в Черное море и на глазах у Турции и России завладели линиями сообщений, связывающими Константинополь с Синопом, Трапезундом, Варной, Браиловом и Галацом. Таким образом, компания, организованная лишь для обслуживания Адриатического побережья Австрии, постепенно завоевывает позиции в Средиземном море и, обеспечив за собой Черное море, по-видимому, только и дожидается прорытия Суэцкого канала, чтобы проникнуть в Красное море и Индийский океан.

Первоначальный капитал Ллойда в сумме 1000000 флоринов последовательными эмиссиями новых акций и займами был увеличен до 13000000 флоринов. Движение капитала компании и ее операции с 1836 г. представлены в последнем отчете директоров в следующем виде:

Ллойд, сам являясь коммерческим предприятием большой важности, как можно судить по вышеприведенной таблице, оказал огромные услуги росту промышленности и торговли повсюду, куда проникали его суда. По подсчетам, при которых стоимость австрийского квинтала [центнера. Ред.] груза расценивается в 300 флоринов, а стоимость багажа каждого пассажира в 10 флоринов, Ллойд между 1836 и 1853 г. перевез:

Товаров на __ 1 255 219 200 фл.

Багажа на __ 84 847 930»

Монет и слитков драгоценных металлов на __ 461 113 767»

Итого на __ 1 801 180 897 фл.

«Нет сомнения», — говорит один французский автор, — «что скромное, но неослабное влияние этой купеческой компании на положение дел в Леванте в течение многих лет было, но меньшей мере, столь же действенным и гораздо более благотворным, чем влияние австрийской дипломатии».