Читаем Том 12 полностью

«последние известия о Дели относятся к 12 августа, когда этот город все еще был в руках мятежников, но что вскоре ожидается штурм города, так как генерал Николсон с значительными подкреплениями находится на расстоянии одного дня пути».

Если Дели не будет взят еще до того как Уилсон и Николсон начнут штурм своими теперешними силами, его стены будут стоять до тех пор, пока не упадут сами[248]. «Значительные» силы Николсона насчитывают всего лишь около 4000 сикхов — подкрепление, до смешного недостаточное для штурма Дели, но вполне достаточное для того, чтобы дать новый, равносильный самоубийству предлог не сниматься с лагеря, расположенного под стенами города.

После того как генерал Хьюитт совершил ошибку, — а с военной точки зрения это можно назвать даже преступлением, — позволив повстанцам Мирута пройти в Дели, и после того как было попусту потрачено время в течение первых двух недель, благодаря чему повстанцам удалось неожиданно захватить этот город, весь план осады Дели кажется почти необъяснимой грубой ошибкой. Один авторитет, которого мы позволим себе поставить даже выше военных оракулов лондонской газеты «Times», а именно Наполеон, устанавливает два правила ведения войны, которые кажутся почти банальными: во-первых, «предпринимать надо лишь то, что является посильным и что обещает больше всего шансов на успех»; и, во-вторых, «главные силы должны быть использованы только там, где можно достигнуть главной цели войны — уничтожения неприятеля». Оба эти элементарные правила были нарушены при составлении плана осады Дели. Английское командование должно было знать, что само правительство Индии недавно привело укрепления Дели в такое состояние, что город этот можно взять только правильной осадой, требующей осадной армии численностью, по крайней мере, в 15000—20000 человек и даже гораздо больше, если оборона города будет вестись должным образом. Но раз для этого предприятия требуется от 15000 до 20000 человек, то было явным безумием начинать его с 6000 или 7000. Кроме того, англичане знали, что длительная осада, неизбежная ввиду их численной слабости, неминуемо подвергнет их войска в данной местности, в данном климате и в данное время года нападению неуязвимого и невидимого врага, который будет сеять гибель в их рядах. Таким образом, осада Дели не имела никаких шансов на успех.

Что же касается цели войны, то она, несомненно, состояла в сохранении английского владычества в Индии. Для достижения этой цели город. Дели не имел вообще никакого стратегического значения. Правда, историческая традиция придавала ему в глазах туземцев суеверное значение, противоречащее его действительному влиянию, и это явилось для восставших сипаев достаточным мотивом, чтобы избрать его своим главным сборным пунктом. Но если бы англичане, вместо того чтобы строить свои военные планы, исходя из предрассудков туземцев, предоставили Дели самому себе и изолировали его, то они лишили бы тем самым этот город его мнимого влияния; раскинув же свои палатки перед городом, разбивая себе головы о его стены и сосредоточивая на нем свои главные силы и внимание всего мира, они лишили себя даже возможности отступления или, вернее, заранее придали отступлению характер крупного поражения. Таким образом, они попросту сыграли на руку повстанцам, которые хотели сделать Дели главным центром кампании. Но это еще не все. Англичанам не требовалось много ума, чтобы убедиться в том, что для них делом первостепенной важности было создание регулярной полевой армии, действия которой могли бы потушить искры недовольства, обеспечить связь между их собственными военными гарнизонами, отбросить неприятеля к нескольким отдельным пунктам и изолировать Дели. Но вместо того, чтобы действовать по этому простому и ясному плану, они обрекают на неподвижность единственную регулярную армию, имеющуюся в их распоряжении, сосредоточивая ее у Дели; они предоставляют повстанцам открытое поле, между тем как их собственные гарнизоны занимают разбросанные, лишенные взаимной связи и расположенные далеко друг от друга пункты, блокированные, к тому же, значительно превосходящими силами врага, которому дана возможность действовать не спеша.