Читаем Том 1 полностью

Всю ночь напролет костром горит моя голова,Мысли летят и гибнут, как в огне мотыльки,Прямо в душу мою бьют кулаками слова,Бьют, как в плотину волны набухшей ливнем реки.Я для начала пробую написать о любви.Бегут строка за строкою по бумаге бегом:«Руки твои… Губы твои… Брови твои…»Нет, не могу! Мне надо в эту ночь о другом:«Мы взяли воду за горло. Нам власть над ней по плечу!Глотай же ее, пустыня! Стань зеленой кругом!»Но нет, я и об этом, оказывается, не хочу!Будет и про пустыню. Но в эту ночь о другом:«Мама, милая мама, наконец не буду в долгу,Напишу о тебе, о самом мне до слез дорогом!»Но, написав две строчки, я чувствую: не могу!Нет, не могу! Я должен в эту ночь о другом!Так почти до рассвета костром горит голова,Мысли летят и гибнут, как в огне мотыльки,И бьют кулаками в душу неродившиеся слова,Бьют, как в плотину волны набухшей ливнем реки.Но наконец под утро, расталкивая слова,Мысль о войне и мире решает ночной спор:На плаху войны положена планеты голова, —Кто же из рук убийцы вырвет его топор?Позор моего молчания растет в глазах, как гора!Если не я, то кто же выйдет на бой с врагом?Через поля бумаги бегу со штыком пера:Сегодня только об этом — и ни о чем другом!

ОРКЕСТР

В оркестре были мастера чудесные,Трудились, не крича про свой талант.Но бомбою замедленного действияУпал к нам с неба новый музыкант.Считая ожидания бесплодными,Он к славе побежал, не чуя ног,На голову, пустую и холодную,Спеша надеть хоть краденый венок.Он ловко путал музыку с клеветами,На каждого сажая по пятну.Он всплыть хотел, считая, что для этогоПолезно всех других пустить ко дну.Мы поначалу даже не усвоилиВсех перемен фальшивого лица,А тех, кто заподозрил, успокоили:— Ну что ж, одна паршивая овца…Нам надо было заниматься нотами,А он был так напорист, так речист,Что оказалось вдруг его заботами —Все в пятнах! Только он, как голубь, чист!Он, не создавший ни одной мелодии,Гремел, свергал, то «против» был, то «за»!И смешанное с подлостью бесплодиеВ конце концов нам бросилось в глаза.Чтоб он сошел с трибуны, настояли мы.Нет, мы не стали рук ему вязать!Напротив, подвели его к роялю мы,Но он, увы, не мог ни ноты взять!

* * *

Чтоб оценить иные дарования,Их надо сдвинуть с их привычных мест.Мораль сей басни шире, чем название.«Оркестр» — при чем тут, собственно, оркестр?

Аскад Мухтар

«Встал. Улица белым-бела…»

Встал. Улица белым-бела,У двери робкие следы…Зачем ты ночью здесь была?Мой дом сожгла. Меня сожгла.Чего под пеплом ищешь ты?

«Чабан в горах, высоко от подножий…»

Перейти на страницу:

Все книги серии К.М.Симонов. Собрание сочинений

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия