Читаем Только вперед полностью

Они засмеялись и пересели к столу, на котором лежали вырезки из газет, брошюры, грамоты, дипломы, альбомы и фотографии. Леонид пододвинул к себе стопку бумаги. На верхнем листе было написано: «Советские пловцы должны плавать быстрее всех в мире!» Это был заголовок будущей статьи. Больше они еще ничего не успели сделать.

— На старт! — улыбаясь сказал Леонид и, обмакнув перо в чернила, приготовился писать.

— Отставить! — скомандовал Виктор.

Он взглянул на часы и, включив радиоприемник, стал быстро настраивать его. В комнату ворвались гортанные иностранные слова, потом воющие звуки джаза, затем мужской голос медленно и внятно, по буквам произнес:

— Се-год-ня, запятая, как со-обща-ет наш корреспон-дент, запятая, повторяю, наш корре-спон-дент, запятая, до-нец-кий шах-тер Ку-ла-гин, повторяю, Ку-лагин, вы-дал на го-ра, повторяю, на го-ра, ре-корд-ное коли-чество угля, повторяю...

Виктор снова стал вертеть ручку настройки, — послышался гром аплодисментов, гулкие звуки барабана, потом женский голос сообщил:

— Беспосадочный перелет Москва — Северная Америка, недавно совершенный советскими летчиками Коккинаки и Гордиенко, еще раз доказал всему миру мастерство, смелость и могущество наших соколов. Благополучно приземлившись на острове Мискоу, Коккинаки и Гордиенко...

— Молодцы ребята! — сказал Виктор и снова повернул ручку настройки.

— «Последние известия», — сказал он и подмигнув Кочетову. — Сейчас услышим о тебе!

— Брось! — рассердился Леонид и попытался выключить приемник. Он все еще не привык к громко славе и, встречая свою фамилию в газете, до сих пор смущался и краснел.

Виктор крепко схватил его за руку и не подпустил к приемнику. Женщина-диктор рассказывала о мощном заводе, выстроенном в Узбекистане; о пуске новой доменной печи в Магнитогорске.

— Ленинградские тракторостроители, — вдруг объявила она.

Леонид прислушался.

Женщина начала говорить о заводе, где он руководил плавательной секцией.

Сначала шли незнакомые имена. Но вот Леонид насторожился. Диктор читала: «Все больше молодежи на заводе включается в стахановское движение. Многие тракторостроители-комсомольцы выполняют две и три нормы в год. Среди лучших токарей завода — комсомолец Николай Грач... В соревновании кузнецов второе место занял комсомолец Виктор Махов...»

— Твои ученики? — спросил Важдаев, видя, с каким интересом слушает Кочетов передачу.

— Мои орлы! — радостно ответил Леонид.

А диктор уже рассказывала о ходе сева в стране и постановке нового спектакля во МХАТе. Потом к микрофону подошел мужчина.

— Новый мировой рекорд! — объявил он. -На днях на соревнованиях в Минске выдающийся советский пловец Леонид Кочетов, неоднократный чемпион СССР, блестяще проплыл двести метров, установив...

Тут Леонид вырвался из крепких рук Важдаева и выключил приемник.

— Давай работать! — сердито сказал он.

— Не нервничайте, товарищ... тот, который выдающийся, блестящий, неоднократный и еще как там! — засмеялся Виктор.

Они сели за стол и начали писать статью. Вдруг Виктор заметил, что из книги, лежащей возле Леонида, торчит кончик фотокарточки. Виктор украдкой потянул за уголок и вытащил снимок: худенькая девушка с удивленными глазами и пушистой, небрежно перекинутой на грудь, косой.

— Так, — сказал Виктор, внимательно изучая карточку. — Значит, скрытничаем? Секреты?..

Леонид обернулся, вскочил и бросился к Виктору:

— Отдай!

— Но-но! — Виктор спрятал карточку за спину. — Уберите руки, товарищ неоднократный! Сомнете...

— Нахал! — воскликнул Леонид. — Отдай!

Виктор, не отвечая, изучал снимок.

— Симпатичная... Почему это хорошие девушки обязательно выбирают себе таких тюфяков, как ты?, А вот такого героического парня, как я, например, обходят...

— Потому что ты — нахал! Отдай карточку! Не твоя же!

— Скажешь — твоя? — спросил Виктор.

— Конечно, моя!

— Подарила?

— Подарила.

— Сомнительно, — Виктор разглядывал оборотную сторону фотография. — Когда дарят, всегда на обороте пишут что-нибудь душещипательное. А тут пусто...

Леонид смутился. Да, Аня не дарила ему своей карточки. Но не объяснять же Виктору, что перед отъездом в Минск Леонид сам, без спроса, взял фотографию с ее столика. Попросту говоря, стащил...

— Займемся делом, — сердито пробормотал он.

Они опять принялись за статью. Но работа не клеилась.

Виктор взял листок бумаги и сосредоточенно занялся какими-то подсчетами.

Леонид пересел на диван, закрыл глаза. И сразу же увидел Аню. Вот они вместе бродит во зоосаду. Это было в тот день, когда он уезжал в Белоруссию. Аня давно говорила, что очень любит животных, особенно слона. От него веет таким спокойствием, такой силой и мудростью, что забываешь все свои маленькие огорчения и обиды.

Они долго наблюдали за слоном. Был он огромный, добродушный и, вероятно, очень старый. Его морщинистая кожа казалась потертой, пыльной, длинные дряблые уши, как вылинявшие тряпки, плавно покачивались при каждом движении.

Леониду все время хотелось попросить Аню, чтобы она вечером пришла на вокзал. Но он не решался. Так и уехал...

Мысли его перескочили к Виктору.