Читаем Только не ешь бритву полностью

Автобус ушел, пыль осела. В лесу очнулись птицы. Площадка между деревьев, еще недавно любимая, презираемая, уважаемая, интересная, жестокая, родная, новая, надоевшая, безразличная, запомнившаяся навек для двух сотен детских сердец стала просто пустым местом, засаженным кустистыми розами. Розы быстро вяли и оседали, как пивная пена в стакане; умирали, лишенные административного надзора.

По брезенту пустой двухместной палатки поднималось чешуекрылое; поднималось и читало так и не стертые надписи.


Я тебя люблю.

И я тебя тоже.

Я сегодня влюбилась, мамочки!

Он самый лучший.

Валя, скажи ему, что мне уже тринадцать, если он узнает, что только двенадцать, то не захочет со мной танцевать.

А Машка со Степаном ходила всю ночь по лесу.

Я часто летаю во сне, а ты? Напиши, как тебя зовут.

Барамухина гуляет с местными, дура.

Меня зовут Дима

Саша

Костя

Миша

Нет, это меня Миша.

Славик

Я тебя правда люблю, но кончается паста, нечем писа…

А я из школы 43, хочу познакомиться с хорошей девочкой, которая знает алгебру.

Люська влюбилась в Физнога.

Полюбите меня пожалуйста, я хорошая и большая, седьмой класс.

Я тут прочитала, ну, вы даете!

Он все равно самый лучший.

Если съешь бритву, я тебя поцелую.

Хорошо, я поцелую, только не ешь бритву.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза