Я высвободила свою ладонь из руки Ричарда, и волчица села, наблюдая за нами и пытаясь понять, что же мы такое делаем. Как, впрочем, и все мы. Натэниэл притянул меня ближе к себе, чтобы я могла зарыться лицом в его обнаженное плечо. Обычно этого хватало чтобы заставить волчицу исчезнуть, но не сегодня. Глядя на Ричарда, который уставился на Джейка — спокойного и невозмутимого, — я поняла, что у вервольфов могли твориться разборки, о которых я не знала, потому что, оставив Ричарда, я оставила и стаю тоже.

Жан-Клод по-прежнему был холодным и неподвижным в моей ладони. Да что за хрень тут творится? Я высвободила руку, что заставило его моргнуть и повернуться как мне — он ожил, как по волшебству.

— Ma petite, не отстраняйся, s’il te plaît.

Я знала, что последняя часть его фразы означала «пожалуйста». Натэниэл привлек меня ближе к Жан-Клоду, с которым все еще соприкасался. Всего одна ночь, как вернулся Ричард, а я уже отстранилась от Натэниэла и Жан-Клода. Лишь Натэниэл держался за нас — ну, за нас двоих. С Ричардом они за руки не держались.

Я потянулась к Жан-Клоду, и он принял мою руку, с улыбкой сжав ее. Я почувствовала его облегчение — он был рад, что я сократила дистанцию и не вынудила его стоять против Ричарда в одиночку. Сжав его пальцы в ответ, я пообещала себе, что то дерьмо, которое вздумает этой ночью учудить Ричард, не помешает мне насладиться тем счастьем, которое мы построили вместе, без Ульфрика.

— Расскажи нам все, что тебе известно о той силе, которая напала на нас сегодня, — велел Ричард.

— Сегодня ты здесь, Ульфрик, но пока ты не доведешь дело до конца, я не желаю говорить в твоем присутствии.

— Как ты смеешь бросать мне вызов?

— Он вызывал тебя прежде? — поинтересовался Нечестивец.

Ричард задумался на мгновение и покачал головой, ответив:

— Нет, он сохранял нейтралитет, политика стаи это позволяет.

— Значит, у него есть серьезные основания для такого поступка.

Ричард поглубже вдохнул, выдохнул, и я ощутила, как жар его силы начал угасать.

— Спасибо, что помогаешь мне думать вместо того, чтобы просто реагировать.

— Рад помочь нам побыстрее переместиться в безопасное место, — ответил Нечестивец.

Ричард посмотрел на Джейка.

— Ты можешь рассказать нам по дороге в «Цирк», пока мы будем в машине?

— Я поделюсь тем, что мне известно, когда вы все будете в безопасности, — ответил Джейк.

— Тогда поехали, — сказал Ричард, и в этот миг потенциальная драка сошла на нет — по крайней мере, пока.

— Душ… — начала было я.

— Душевые есть в «Цирке», — ответил Нечестивец.

— Где Истина? — спросила я, потому что они всегда были вместе.

— Снаружи, он должен убедиться, что там все чисто, прежде чем вы отправитесь в путь.

— Во время нападения я ощутила только одного вампира, — заметила я.

— Вампир силы такого уровня не станет путешествовать в одиночестве, ma petite.

Я кивнула.

— Ты прав. У него с собой Ренфилды, слуга-человек или зверь зова. Подождите пока я надену свои сексуальные орудия пыток под названием туфли, и валим отсюда.

— Ты осталась без одежды, — с улыбкой заметил Натэниэл.

— Сменишь одежду по дороге, в машине, — сказал Нечестивец.

Я молча уставилась на него.

— Ладно, переоденусь в машине.

— Ты не будешь спорить? — удивился Ричард.

Я покачала головой.

— Если Нечестивец и Джейк оба говорят, что надо валить, то мы валим.

— Надень удобные ботинки, чтобы дойти до машины, — посоветовал Натэниэл.

— У нас нет на это времени… — начал Нечестивец.

— Она лучше бегает и дерется в ботинках, — оборвал его Натэниэл.

Джейк и Нечестивец хором ответили:

— Переобувайся.

Я чмокнула Натэниэла и отправилась искать свои ботинки.

<p><strong>31</strong></p>

С сексуальным дизайнерским платьем мои ботинки смотрелись просто ужасно, но я была рада освободиться от высоких каблуков и вернуться в удобную обувь, так что мне было наплевать. Полиция моды может арестовать меня позже. На мне все еще была маленькая сумочка на тонкой лямке, потому что в ней лежал пистолет — я могла перекинуть сумочку через голову, и никто не прикопается, что это нарушает симметрию платья. Я поняла, что чувствую облегчение от того, что сегодня мне больше не нужно выглядеть совершенством.