Читаем Ткачиха теней полностью

– Когда я вернусь к нормальной жизни, мы тоже сможем разговаривать, смеяться и играть. Тогда всё будет намного лучше. Будем только ты и я. Нам больше никто не будет нужен.

Дара стелется рядом со мной, сегодня она ведёт себя как обычная тень, но её слова меня беспокоят. Я не могу отделаться от мысли, что если бы Лукас узнал о Даре, он бы не стал предлагать избавиться от неё так, как она хочет избавиться от него: он бы только порадовался и стал с ней общаться. Однако счастливая Дара лучше, чем Дара ревнивая. Я улыбаюсь и незаметно опускаю руку, слегка коснувшись краёв Дары, чтобы она знала, что я её слышала и тоже жду её воплощения.

– Эммелина, – говорит Лукас, и я отвлекаюсь. – Ты должна посмотреть, что умеет Дойл. – Он улыбается, но улыбка Дойла явно натянутая.

Миранда вздыхает:

– Всё в порядке. У Эммелины тоже есть дар.

У меня сердце подскакивает:

– Я… Я…

– Видишь?! – воет мне в уши Дара. – Я говорила, что не стоит доверять им твои секреты!

Лукас кладёт тёплую ладонь мне на плечо:

– Не волнуйся, им можно доверять. Я обещаю. Смотри.

С хитрой улыбкой на лице Дойл слезает со стула, кладёт два пальца в рот и издаёт резкий чистый звук. Секундой позже шторы вздуваются, входная дверь с грохотом распахивается, и я подпрыгиваю на месте. Лукас смеётся, а я округлившимися глазами смотрю на развернувшееся в комнате зрелище.

Мальчик вскидывает руки – и ветер кружится вокруг него вихрящейся колонной. Вместе с ним кружатся подхваченные листья и листки бумаги. Ветер сворачивается в крутящийся шар перед Дойлом, и тогда он швыряет его к входной двери. Шар вылетает на улицу, и дверь захлопывается.

Я хлопаю и смеюсь, несмотря на первоначальный испуг.

– Какой замечательный дар! – восхищаюсь я.

Теперь понятно, почему у Дойла всегда растрёпанные волосы, как будто их только что взъерошил ветер.

Дойл слегка кланяется и садится обратно на стул. Я умираю от любопытства – так интересно узнать, что ещё он умеет делать своим воздушным свистом, – но его сестра Кэри зевает с таким видом, как будто видела всё это сотни раз. Наверное, так и есть. Внезапно её глаза вспыхивают:

– Лукас, ты выучил какие-нибудь новые трюки? Или, может, твоя подруга покажет что-нибудь?

Лукас, заметив моё смущение, поднимается с места.

– Конечно.

Спокойно, без всякой суеты он начинает петь, и свет свечей в доме срывается с фитилей и плывёт к нам по воздуху. Огоньки кружатся над головой Лукаса, двигаясь всё быстрее и быстрее, пока не превращаются в золотистый нимб. Кэри улыбается и, когда Лукас заканчивает петь, хлопает в ладоши. На последней ноте он отправляет свет обратно к свечам, и они горят дальше, как будто ничего не произошло.

– Выпендривается, – бурчит Дара. – Твои тени намного изящнее.

В комнате повисает выжидательная тишина, все взгляды прикованы ко мне. Мне хочется закутаться в тени и спрятаться, но я подавляю инстинктивный порыв.

– Ты не обязана им ничего показывать, если не хочешь, дорогая, – говорит Миранда. – Магия – это очень личная вещь.

– Всё правильно, – кивает миссис Родан. – Твоя интуиция сослужит тебе хорошую службу. Разумно, что ты не демонстрируешь свой дар первому встречному. – Она бросает многозначительный взгляд на сына.

Лукас ободряюще улыбается мне, и Миранда кашляет:

– Уже поздно, и я думаю, на сегодня с нас достаточно развлечений. Детям пора идти спать. – Она поднимается с места. – Дойл, Кэри, у нас найдутся для вас запасные раскладушки. Кэри, ты будешь ночевать с Эммелиной, а Дойл останется с Лукасом.

Я тащусь вслед за ними, словно сама стала тенью, но когда Лукас оглядывается и лучисто мне улыбается, свет наполняет меня с головы до пят.

Я ложусь на свою кровать, Дара рядом со мной, в нескольких футах от Кэри. Она не болтливая, сказала только «Уверена, твоя магия куда интереснее, чем у моего брата» и «Спокойной ночи», прежде чем повернуться на другой бок и засопеть.

Сейчас то время, когда мы с Дарой обычно отправляемся на поиски очередного компонента для ритуала, но теперь, когда здесь гости – они ещё не спят и общаются в гостиной, – я не знаю, стоит ли рисковать. Пока я была дома, мне не приходилось волноваться, что родители станут меня проверять. Но что, если миссис Родан зайдёт проведать Кэри и увидит, что меня нет в комнате? Тогда мне придётся отчитываться, что я делала в лесу в такой поздний час. Я не знаю, сколько ещё раз меня будет выручать басня про то, что я лунатик.

Дара растекается у меня по подушке: