Читаем «Титаник» утонет полностью

Сцены, в которых Робертсон описывает крушение «Титана», также напрямую заимствованы из описаний гибели «Титаника». Как и в случае «Титаника», вода хлынула в машинный зал судна, что повлекло за собой первые жертвы: «Болты крепления двадцати паровых котлов и трех машин тройного расширения, неспособные держать такие тяжести на отвесном настиле, сорвались, и эти огромные массы стали и железа, через переплетение лестниц, решетчатых люков и продольных переборок прорвали борт корабля даже в местах, подпертых сплошным крепким льдом. Наполнивший машинное и котельное отделения жгучий пар вызвал быструю, но мучительную смерть каждого из сотен людей, исполнявших свои обязанности в инженерных помещениях. Рев прекратится, останется лишь страшное жужжание и свист воздуха. Когда последние тоже внезапно стихли и в тишине раздались приглушенные, раскатистые взрывы – наверное, взрывались отсеки, – Роуланд понял, что жертвоприношение свершилось. И что непобедимый “Титан“, с почти всеми своими людьми, неспособными лазить по вертикальным полам и потолкам, погрузился в море»[Histoires paranormales du “Titanic”, op. cit., р.68.].

В сценах, знаменовавших крушение «Титаника», Робертсон с особым чувством описывал пассажиров, оказавшихся узниками собственных кают, «хор почти трех тысяч человеческих голосов, составленный из криков и призывов людей в запертых помещениях». Но если Роуланду удалось прыгнуть на айсберг, то у многих не было даже такого шанса, так как корабль накренился, и они не смогли добраться до верхних палуб: «Когда последние голоса тоже внезапно стихли и в тишине раздались приглушенные, раскатистые взрывы – наверное, взрывались отсеки, – Роуланд понял, что жертвоприношение свершилось. И что непобедимый “Титан”, с почти всеми своими людьми, неспособными лазить по вертикальным полам и потолкам, погрузился в море»[Histoires paranormales du “Titanic”, op. cit., р.68.].

Глава I. В поддержку литературной республики

Если управлять означает предвидеть и если доказано, что некоторые писатели по одной из причин, рассмотренных выше, обладают способностью описывать процессы и события, которые еще не произошли, безусловно, политики обязаны делать все, что позволит им с максимальной точностью истолковать предложенные им предсказания и сделать из них все возможные выводы.

Можно только удивляться, что, несмотря на всеобщее признание провидческого характера литературы, писатели никогда не принимают участия в формировании политики общества, а их произведения никогда не изучаются в министерствах с тем вниманием, которого они заслуживают, как изучают прогнозы экспертов и мониторинги организаций, проводящих опросы общественного мнения.


Г.Д.Уэллс снискал известность своими научно-фантастическими романами «Война миров»[ПС+], «Машина времени»[ПС-] и «Человек-невидимка»[ПС-], где он показывает, что может ожидать нас в будущем. Но провидческий дар писателя в полной мере раскрылся в его наименее известном произведении, а именно в романе «Освобожденный мир»[ПВО+], где он не только предупреждает о грозящих нам опасностях, но и предлагает конкретные политические решения, чтобы их избежать.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дракула
Дракула

Настоящее издание является попыткой воссоздания сложного и противоречивого портрета валашского правителя Влада Басараба, овеянный мрачной славой образ которого был положен ирландским писателем Брэмом Стокером в основу его знаменитого «Дракулы» (1897). Именно этим соображением продиктован состав книги, включающий в себя, наряду с новым переводом романа, не вошедшую в канонический текст главу «Гость Дракулы», а также письменные свидетельства двух современников патологически жестокого валашского господаря: анонимного русского автора (предположительно влиятельного царского дипломата Ф. Курицына) и австрийского миннезингера М. Бехайма.Серьезный научный аппарат — статьи известных отечественных филологов, обстоятельные примечания и фрагменты фундаментального труда Р. Флореску и Р. Макнелли «В поисках Дракулы» — выгодно отличает этот оригинальный историко-литературный проект от сугубо коммерческих изданий. Редакция полагает, что российский читатель по достоинству оценит новый, выполненный доктором филологических наук Т. Красавченко перевод легендарного произведения, которое сам автор, близкий к кругу ордена Золотая Заря, отнюдь не считал классическим «романом ужасов» — скорее сложной системой оккультных символов, таящих сокровенный смысл истории о зловещем вампире.

Фотина Морозова , Михаэль Бехайм , Владимир Львович Гопман , Брэм Стокер , Михаил Павлович Одесский

Литературоведение / Фантастика / Ужасы и мистика