Читаем Тёмное пламя полностью

О, мой Дей, не цепляйся к словам, это не лучший способ вести беседу, пусть тебя он и развлекает, а других способов убить время вокруг не наблюдается.

— Дей, у вас нет кораблей. Корабли всегда ходят.

Неблагой подчеркивает слово, не повышая и не понижая голос, попросту паузами, наверное, он знает, о чем говорит, да и лодку эту уже видел. Может расспросить о?..

— Ну да, по морю аки посуху, — вырывается у моего волка.

Ну конечно, мой Дей, лучше выместить на неблагом свое раздражение, чем послушать старого, мудрого меня, пережившего не одну сотню лет посреди благого дво… Ох, прости, я отвлекся.

— Дослушай меня, Дей. Это остров смеха.

Бранн продолжает так же спокойно, похоже, уши вороны могут слышать очень избирательно. Например, пропускать мимо твоё оскорбленное хмыканье. Ну и что, что дергаются? Тебя раздражает это палящее солнце и этот непробиваемый неблагой, вспомни, одно с другим никак не связано!

— Бранн, я думал, что уже достаточно повеселил тебя!

— Тебе не захочется отплывать и будет казаться смешным все, абсолютно все.

— Неприятно, но не смертельно, — никак не хочет проникаться опасностью Дей.

Бранн сердито молчит вместо ответа. Может, пытается изобрести слова, чтобы попасть прямо в голову благому?

— Побудем вблизи полчаса и умрем, задохнувшись от смеха. Может, раньше, — неблагой тревожно поводит ушками, ловя тихий пока ветер. — Очень надеюсь, что волны придут позже острова.

— Как избежать смеха? Может, обернуться? Думаю, в волчьем обличье у меня пропадет чувство юмора, — Дей мрачно откидывается спиной на мачту.

Молодого волка гложет глухое недовольство — неблагой край успел надоесть неясными правилами, которые писал непонятно кто и непонятно чем. И непонятно для кого. И как их читать без Бранна тоже непонятно. А мой волк не привык быть ведомым.

Бранн вздыхает:

— Зато, обернувшись, ты захочешь броситься в волны и доплыть до острова. И ни я, ни кто другой не сможет удержать тебя.

Мой Дей недовольно косится на Бранна, но в глазах его — тревога. Волк смиряет свое недовольство, осторожно уточняет:

— Откуда ты знаешь об этом?

Мой волк теперь насторожен иначе, даже принюхивается к сидящему рядом — настолько жаждет доискаться ответа.

— Ты не первый благой, который пытался пройти этим путем, — неблагой видимо огорчается, феи пропадают и даже ушки опускаются.

— Прости, Бранн, прости! — отзывается Дей.

Поворачивается всем корпусом к неблагому, кладет руку на плечо. Всякое недовольство слетает, принц, обнаруживший в себе просто Дея, может сочувствовать горячо.

Это безумие штиля, мой Дей, заставляет тебя задираться.

— Я не хотел тебя огорчать. Я не знал!

Бранн медленно поднимает глаза — целый сонм фей танцует радостно. Длинные губы несмело дрожат уголками и расползаются в длинную улыбку.

— Ах ты! Обманщик! А я так расстроился за тебя! — сочувствие в момент сменяется негодованием, но в полную силу, как раньше, злиться мой Дей не может — Бранн разыгрывает его слишком бесхитростно, слишком по-неблагому.

— Меня предостерег хранитель, — Бранн рад, что нашел-таки слова, которые смогли передать свой смысл Дею. За этими словами таится очень невеселый смысл. Волк проводит рукой по кинжалу, и неблагой договаривает:

— Просто Дей, оружие тут бессильно. Нужно проплыть мимо как можно быстрее. Команда не слышит зова.

Острые ушки невольно дергаются, Бранн прихватывает их за кончики руками, кажется, так он нервничает. Нет, это не похоже на стригущую ушами лошадь, мой Дей! Ну не смейся так!

— Беда только в нас с тобой, — Бранн косится на тебя, мой Дей, наверняка ведь понимает, что ты придумал об его ушах! Хотя… улыбается.

— Так. Что нужно делать?..

Отсмеявшийся волк опять готов ко всякого рода испытаниям, он подбирается, всей позой выражая целеустремленность.

— О, мое горе! — искренне печалится Бранн. — Опять ничего.

Нас бултыхает на девяти волнах, мимо проплывает темная спина.

— Малютка прошла, — бросает Бранн. — Теперь лезем на мачту. Будем ничего не делать чуть выше…

Тут очень высоко. Высоко и неприятно. Висеть над палубой, привязанными к мачте, пусть и сидя на перекладине — то еще развлечение. Особенно для непоседы-волка. И мачта качается! Да, мой Дей, еще как!

Смотреть на круглые носки своих сапог моему волку становится скучно очень быстро.

— Бранн, а Бранн!

— Что тебе… — вздыхает тот, свесив ноги. — О, скопление всей энергии благого и неблагого мира?

— Я подумал, это может пригодиться.

— А я подумал, что ты и пяти минут не можешь побыть связанным!

Кажется, Бранн уже в том состоянии, когда его ничто не удивит, мой Дей. Думаю, это целиком твоя заслуга. Да, ты весь один — слишком удивительный.

— Есть способ быстро привести меня в чувство. Если я потеряю разум и обернусь, надо обжечь меня раскаленным железом. Лучше в плечо, чтобы лишнего шкуру не портить, — мой волк бухтит недовольно, без восторга, но это правда важно, а подстерегающее в краю неблагих безумие слишком осязаемо.

— Почему лишнего? — не понимает Бранн.