Читаем Тёмное пламя полностью

Никто больше не замечает, но я слышу, как Шайя хихикает, довольная своей шалостью.

Советник удовлетворенно кивает, приподнимает брови, оценивая вид благого с неблагим, убедительно говорит:

— Чтобы вступить в ваши права как полагается, король Дей, вам потребно соответствующее вашему положению в Доме и королевстве платье.

Мой волк кивает, хотя и без удовольствия, показывая, что готов слушать и в чем-то даже слушаться опытного Советника. На месте Джареда я бы не обольщался, мой волк решает сообразно собственному разуму, пусть и выслушав все мнения.

Наш неблагой стоит в сторонке, прикрыв воздушную ловушку обеими руками. Хоть искорку иногда видно, но в целом Бранн подозрений не вызывает. Дей притягивает его к себе за локоть, давая понять, что хотя бы вначале этого дня не намерен с ним расставаться.

Это правильно! Мой Дей, хоть я ужасно скучаю по нашей солнечной госпоже и по твоим теплым рукам, но даже я боюсь пока покидать нашего неблагого!

— Добро, — это решение дается Джареду непросто, он явно смиряет себя и свой нрав. — Для начала зайдем ко мне в кабинет, оттуда никакому лесному волшебству не вырваться, каким бы сильным оно ни было. Да и вопросов у портных будет меньше.

Советник поворачивает к двери, мой волк и Бранн поворачивают другу к другу лица, Дей осязает его новобретенными ощущениями, неблагой оглядывает изумрудными глазами. И хотя я сижу на неблагом, мне кажется, они успевают о чем-то договориться!

Мой волк бестрепетно шагает за Советником в открытую дверь, Ворона небыстро поспевает за размашистым шагом волка. Меня до сих пор удивляет, как они умудряются идти почти вровень, даром что один медленный, а второй стремительный. Очередная неблагая магия, не иначе.

Охрана на входе вытягивается в струнку, Дей величаво кивает им, не теряя достоинства и царской осанки, хоть это и не положено королю. Следует шаг в шаг за Советником, несомненно, производя неизгладимое впечатление на обычных стражей. Да, они воочию убедились, что мой Дей не просто объявлен королем. Мой Дей и есть король!

Он самую малость улыбается, ведь на фоне таких больших впечатлений Бранн, несущий что-то непонятное, вовсе пропадает из виду. Подними он глаза с феями, возможно, его бы приметили, но пегая Ворона проскальзывает меж зубов, клыков и когтей незаметно, легко и изящно. Я бы даже сказал — привычно.

Все встречные, волки они или не волки, склоняют головы, кланяются, отходят к стенам, пропуская Советника и короля. Встречных сейчас, к несомненной радости Джареда, немного. Кабинет белого волка на приличном расстоянии и на этаж выше покоев моего Дея. На лестницах Ворона волшебным образом оказывается позади него, страхуя на случай неверного шага.

Мой Дей, впрочем, слишком хорошо знает свой Дом, чтобы оступаться, но Джареда этот жест немного смиряет с неблагим. Всякий раз, как он встречает Бранна, ему необходимо успокаиваться заново. Какая-то неотъемлемая черта нашего неблагого, возможно, наследственная.

Мой волк не успевает толком и разойтись, разогнать кровь, как мы уже пришли. Советник отпирает замок, пропускает вперед своего короля и неблагого королевского волка, затем подманивает ближайшего стражника, негромко просит привести портных, только после этого прикрывая дверь. Дей осторожно поворачивается, примериваясь встать так, чтобы ничего важного не задеть случайно, но Джаред отпирает скрытую дверь в следующую небольшую комнатку и проводит моего волка туда.

Кабинет за кабинетом! Никогда больше не буду сомневаться в Советнике. И не удивлюсь, если у него есть и третий кабинет, сразу за вторым. А за ним подземный ход из замка!

Бранн понятливо остается в первом кабинете, впрочем, садиться не рискует, отходит к столу с книгами, заинтересовавшему еще с прошлого визита сюда, однако воздушную ловушку из рук не выпускает. Насколько я разбираю его мысли — он отдаст ее разве что самому Джареду. Из рук в руки. И больше никак.

Повинуясь легкому движению перемазанных в саже и пепле пальцев, сами собой переворачиваются страницы ближайшей раскрытой книги, насколько я вижу — генеалогического древа Дома Леса. Ворона интересуется волшебными рисунками: портреты почивших родственников оплетены черными лозами в противовес живо зеленым у тех, кто до сих пор здравствует. Ворона приглядывается, похоже, к листикам, бормоча про себя маг-не-маг. Они, и правда, разные по форме, а у некоторых портретов рамок даже две.

Немым укором совести виднеется маленький портретик Кунотиджерноса-Франта в траурной черни, но Ворона не шевелит даже ушком, переворачивает страницу дальше, доискиваясь тех ши, что относятся к королевской семье.

О, я понял, что ищет Бранн! Он держит в уме врезавшиеся в память зелено-карие глаза, яркие, смотревшие из-под капюшона во время дуэли, знакомые и незнакомые одновременно. Такие же глаза находятся только на портрете жены Лесного лорда, что, конечно, намекает на то, что я знаю и так — интересующий Бранна таинственный ши — младший брат Финтана.

— О, правда, Луг? Это занятно, — неблагой шепот заставляет меня подскочить под его воротником.