Читаем Тёмное пламя полностью

Стража на входе, впрочем, стоит не зря, также её неплохо напугал кто-то из старших по званию: алебарды сходятся перед длинным носом Бранна, заставляя того заморгать и очнуться. Волки смотрят на него в сомнении — неблагой отсюда вышел, но у них четкий приказ: не пускать к королю Дею никого. Бранн молчит, не бросает особенных взглядов, не вздыхает с выражением, попросту отходит и заворачивает за ближайший угол.

Да, здесь, в коридоре, должно быть окно.

Право слово, если настанет день, когда Бранна смутит закрытая дверь или он не найдет окна, я уверен, наш неблагой изыщет третий способ попасть в недоступную комнату. Однако это будет не сегодня: одна из створок в королевских покоях приоткрыта, заманивая свежий воздух, леденя и без того холодный каменный пол, и она впускает нашу темную неблагую птичку.

Бранн отряхивается, приводит себя в порядок в птичьем виде, перепархивает на диван, уже там обращается в ши — и лишь тут замечает, что мой Дей не спит. Стоит как раз напротив дивана задумчивым изваянием. Задумчивым и весьма осуждающим изваянием.

Неблагой покаянно вздыхает:

— Здравствуй, король Дей.

Изваяние короля Благого Мира во плоти не кивает и ничем не показывает, что слышал. Ушко Вороны нервно подрагивает.

— Ты давно проснулся?..

Бранн вглядывается в Дея с тревогой: кроме глубокого шумного вздоха — никакой реакции. Руки сложены на груди, голова немного откинута, губы сжаты.

— Король Дей? Ты хорошо себя чувствуешь? Ты ел?.. Офицер Г-вол-к-х-мэй оставил достаточно еды, — легкий взмах кистью в сторону коридора. — На подносе. У тебя. В спальне.

Бранн рубит слова, явно волнуясь. Мой сердитый волк своей неподвижностью вынуждает Ворону подняться, подойти, осторожно повести ладонью над грудью. Самочувствие волка обыкновенно прекрасное, не считая глаз, и Бранн опять спрашивает:

— Король Дей, почему ты молчишь?

Мой волк слегка нависает над озадаченной Вороной и выплескивает все, что накопилось:

— Потому что!.. Потому что сегодня, Бранн, ты подвергался опасности! Дважды! А когда я проснулся, тебя нет, охрана о тебе ничего не знает и даже еда осталась нетронутой! И что я должен был подумать?!

Ушки нервно стригут на малейшее движение воздуха, Бранн неотрывно смотрит на сердитого Дея и впервые за весь этот день нервничает. То есть неблагого не трогало, что его хотели зарубить на потеху всего Двора, судить за чужую смерть и сжить со свету окончательно! Зато небывало волнует, что о нем может подумать Дей. И что в итоге подумал!

Ворона смотрит на моего волка такими глазами, будто все-таки ждет смертного приговора. Именно теперь и именно от Дея.

— И что я должен был подумать, Бранн? — тон моего Дея становится мягче, но и требовательнее одновременно, словно он вытрясает ответ на простейшую задачку из нерадивого ученика.

Чувствительные уши вовсе прижимаются к голове, Бранн и не думает отвечать. Вернее, как раз думает:

— Не знаю, король Дей…

Нашего неблагого гложет стыд вперемешку с опасением, голос выдает мизерную их часть, но мой волк сразу настораживается.

Моему Дею не обязательно видеть своего друга, волк уже научился определять на слух настроение нудной Вороны. И сейчас в обыкновенном спокойствии ответов Дей читает нарастающий ужас, а доводить Бранна до паники он вовсе не хочет.

Мой волк расцепляет руки, до того скрещенные на груди, укладывает ладони на плечи Бранна:

— Просто представь, Бранн, что бы в таком случае подумал ты? — голос волка звучит без напряжения и угрозы.

Глубоко вздохнувший неблагой по-прежнему вглядывается в Дея, словно от его реакции зависит, жить Вороне или умереть, и осторожно рассуждает:

— Если бы я знал, что ты был в опасности, пока я не мог быть рядом, я бы заволновался, — Дей кивает поощрительно, слегка поджимая губы, будто ловит вырывающиеся сами собой слова. — А если бы знал, что ты должен быть тут, но не нашел ни тебя, ни твоих следов, то я бы очень заволновался.

Мой волк одобрительно похлопывает неблагого по плечу, и Бранна захлестывает облегчением.

— Ну так вот, Бранн, я тоже очень заволновался!

— Тогда сейчас ты уже должен успокоиться, — как можно более тихо и, на его взгляд, логично рассуждает Ворона, смущенно поводя ушками.

— Сейчас, да? Когда ты уже всё замел под ковёр?

— Но здесь нет никакого ковра… — Бранн даже слегка озирается, пытаясь понять. — А ты босиком, король Дей, лучше бы тут был ковё…

Мой Дей прижимает палец ко рту, призывая Бранна к молчанию, издает звук, похожий на сдавленный всхлип, и, не отпуская второй руки с плеча неблагой Вороны, наклоняется вперед, заливаясь смехом. То есть молча. Только трясутся плечи и спина.

Ну, это мне по нраву. Мой Дей редко смеется.

Цокая когтями по камню, на странные звуки прибегает Грей и рычит на Бранна, считая его источником всех бед. Потом хватает зубами одежду хозяина и тащит его в сторону, пока Дей, всхлипывая от смеха, не отталкивает верного пса.