Читаем Тик-так полностью

А что тут было говорить? Рамос, прислушавшись к увещеваниям, приказал Джимбе и Карлу спустить паруса. Но сделать это вдвоем было нелегко. Разворот шхуны с поврежденным рулевым управлением занял бы еще больше времени. Иными словами, ее несло дальше к юго-востоку, а стая акул уже окружила берберийцев и тем самым отрезала им путь к спасению.

— Идем отсюда, Нелли, — предложил Максимов и обнял ее, повернув лицом к себе. — Финал тебе лучше не видеть.

Он увел ее с кормы. Анита шла, передвигая негнущиеся ноги и прислушиваясь к долетавшим жутким шумам, свидетельствовавшим о нещадной расправе. Минут через пять все было кончено.

Прочь, прочь отсюда! Карл и Джимба, успевшие убрать половину парусов, вновь поставили их, причем никому и в голову не пришло выказать недовольство по поводу бессмысленной работы. Обстоятельства менялись с каждой минутой, приходилось своевременно реагировать на них.

Анита, чтобы избавиться от въевшихся в душу кошмарных впечатлений, заглянула через пролом, имевший в поперечнике не менее двух аршин, в капитанскую рубку. Стены еще держались, но, как выразился бы Алекс, на соплях. Пол устилал хлам, в который превратились койка, стол и шкаф. По удивительной прихоти рока сохранились только часы — на них не было ни царапины, ни скола, и они исправно тикали, отсчитывая время.

Половина пятого, зачем-то зафиксировала Анита и переступила порог, отодвинув висевшую на нижней петле дверь. Разгром, свалка, что здесь можно найти?

Максимов, настроенный более практично, подошел к Рамосу.

— Теперь вы командуете нами, сеньор. Я в вашем распоряжении. Экипаж, мягко говоря, невелик, поэтому лишние руки не помешают.

— Благодарю, — сухо ответил бывший помощник капитана. Он еще не свыкся с новыми функциями и испытывал нервозность.

— Каковы планы? И, если мне позволено узнать, что вам сказал сеньор Руэда перед тем, как…

Алекс не досказал, какой-то внутренний барьер помешал ему произнести концовку фразы. Но она и не требовалась.

Рамос выдержал паузу, заговорил без желания, врастяжку:

— Капитан дал мне советы, как вести судно… Мы продолжим путь к Южной Америке, это был его наказ.

— И все? Может, он сказал что-то еще?

Новоиспеченный командир «Избавителя» сверился с компасом, чья стрелка дрожала под ободранным стеклышком нактоуза, и довернул штурвал вправо. Молчание затягивалось, Алекс думал, что ничего более не добьется, но Рамос, не глядя на него, промолвил:

— Капитан извинился.

— За что?

— Он не уточнил. Вот его слова: «Простите меня, Рамос, но это я во всем повинен. И я заслуживаю той участи, которая мне предстоит».

— То есть он признался вам, что достоин смерти?

— Не возьмусь судить, сеньор, но мне тоже так показалось. Капитан знал, что погибнет, и говорил со всей искренностью…

Алекс потер лоб. Ну и пищу для размышлений подкинул доблестный Руэда! «Я повинен… заслуживаю участи…» Не хотел ли он сознаться в том, что шесть трупов на борту шхуны — его работа? Бред, да и только!

Пока Максимов напрягал мозговые извилины, Анита отыскала в разваленной каюте толстую тетрадь с записями не то на иврите, не то на идише. Как ни прискорбно, она не владела этими языками, но иллюстрации, сделанные между отрывками текста, ее поразили. Карандашом, весьма схематично, там были набросаны органы человеческого тела и стрелочками показаны пути воздействия на них.

Перелистывая находку, Анита подошла к Рамосу.

— Вы когда-нибудь видели у капитана эту тетрадку?

Он бегло глянул на страницы, которые она раскрыла.

— Да, видел… Капитан иногда доставал ее из сундука.

— Значит, эти записи и рисунки сделаны им самим?

— Этого я не знаю.

Анита показала ему и стоявшему подле Максимову иллюстрацию с изображением туловища и воткнутого в него остроугольного предмета.

— Посмотрите! Здесь нарисован нож и показано, как вонзить его в человека… Вам это ничего не напоминает?

— Именно так был зарезан Санкар! — воскликнул Алекс.

— А это? — Анита перевернула тетрадный лист. — Лицо анфас, крестиком помечен участок лобной доли, а сбоку — видите? — нарисована летящая пуля…

— Выстрелом в голову убили Нконо!

— А на следующей странице — химическая формула отравляющего газа… Помните, как умер Мак-Лесли? Я думала, его отравили растительным порошком, но все могло быть и по-другому.

— Капитан Руэда — убийца? — Рамос оставил штурвал и развернулся к Аните так порывисто, словно хотел ее ударить. — При всем к вам уважении… Что вы себе позволяете, сеньора?

— Я всего лишь опираюсь на факты, — Анита протянула ему тетрадь. — На предпоследней странице есть запись на латыни. Это то немногое, что мне удалось разобрать. Перевод из «Республики» Платона. В этом фрагменте говорится о необходимости очищать человечество от ненужных индивидуумов, производить так называемый искусственный отбор. У этой концепции всегда имелись ярые сторонники…

— Ты думаешь, капитан Руэда из них? — засомневался Алекс.