Читаем Tihkal полностью

Это уровень богов - это выше человеческого понимания. Мы, люди всегда должны выбирать между жизнью, любовью с одной стороны и разрушением и убийством - с другой. Какое значение может иметь для нас этот образ?

Я поспешила переключить все свое внимание на Шуру, и обещала себе подумать над видением как-нибудь в другой раз.

Через несколько дней я поняла, что моей первой подсознательной реакцией на этот опыт была попытка уйти от необходимости размышлять об увиденном.

Через несколько недель моя подруга рассказала мне о похожем видении. Оно явилось ей во сне - в так называемом "большом сне", ярком и мистическом, том, который мы запоминаем на всю жизнь.

Моей подруге приснилось, что она разговаривает с гавайской богиней огня и вулканов Пеле. Богиня явилась в образе сверх существа, окруженная потоками горячей лавы. Несмотря на грозный вид, Пеле говорила о мирных вещах - она рассказала подруге о священном значении знания и необходимости постоянно накапливать знания, пока находишься в этом мире. Пеле показала подруге результаты своей деятельности - она гордо показала ей новые участки земли, получившиеся после застывания вулканической лавы. На этом сон оборвался. По словам подруги, она была охвачена неописуемой радостью, подробно вспоминая весь свой диалог с Пеле. "Удивительно - я до сих пор благодарна Пеле за все, что она мне рассказала".

Постепенно я пришла к пониманию того, что все противоположности в нашем мире происходят из одного источника, а их борьба - необходимое условие существования жизни. Данные архетипы можно наблюдать только на уровне богов, но каждая секунда реальной жизни наполнена единством противоположностей.

Хотя мой разум может осознать вышесказанное, моя душа все равно восстает против страха, боли, несправедливости и разрушения. Чтобы преодолеть в себе это чувство, я постоянно напоминаю себе, что в нашем подсознании существуют не только архетипы безжалостных и страшных богов - там есть место и китайской богине милосердия Кван Йин и ей подобных любящих и добрых образов.

Человек давно приноровился преобразовывать грусть в музыку и живопись, боль учит нас сочувствию, а страх может быть использован, чтобы стать волевым и сильным.

Поэтому цель любого духовного поиска (в том числе с помощью психоделиков) достигнуть хоть на мгновение состояния, где мы могли бы ощутить единство противоположностей, получив при этом высшую энергию, толерантность и блаженство. Индусы называют это состояние "самадхи" - один раз испытав его, ты получаешь опору, внутреннюю силу на всю жизнь.

В конце концов мы все - часть единого источника и продолжение этого источника, поэтому все, что мы делаем и ощущаем - делает и ощущает источник.

Я говорю об этом не как об абстрактной истине - я сама прочувствовала это на своем личном опыте. Душа каждого человека имеет подобные территории, и то, как он их исследует создает его уникальную картину мира, которую другие люди обязаны уважать и ценить

ЭЙФОРИЯ.

Первое, что нужно сказать об этом состоянии - оно не просто приносит человеку радость и наслаждение - оно для человека полезно. Эйфория - топливо для человеческой души. Ее надо испытывать чем чаще, тем лучше, она наполняет нас энергией и надеждой. Словари дают такое определение эйфории, что внимательно изучив вопрос, можно разобраться в официальном отношении нашей культуры к этому состоянию. Вот, например, Вебстер: "эйфория - сильное ощущение счастья, уверенности в себе и радости". Но как правильно замечает Шура, приставка "эй"-"эв" означает "правильно", "нормально", например медицинский термин "эвтироидный" означает "присущий нормально функционирующему тироиду (щитовидной железе)". Противоположное значение имеет приставка "дис". "Дисфория" - могло бы обозначать ненормальное состояние, "гиперфория" - блаженство, а "гипофория" депрессия.

Так каким же образом в нашей культуре слово, означающее "нормальное состояние" стало означать состояние, при котором ты чувствуешь себя гораздо счастливее и увереннее, чем обычно? Почему в "Справочнике врача" эйфория числится среди отрицательных побочных эффектов некоторых лекарственных препаратов?

Я боюсь, что наше общество привыкло к тому, что нормальное состояние человека - постоянная депрессия. Когда некоторое люди наблюдают в человеке нормальную энергию и счастье, это рождает в них подозрения, а иногда и просто осуждение. Скорее всего это частично происходит из пуританского христианского учения о том, что счастье возможно только на том свете, поскольку человек грешен по природе, и на этом свете мы должны страдать и отрекаться от себя, чтобы заслужить прощение грехов.

У меня есть опыт состояния эйфории и ее высшей духовной разновидности блаженства, когда ты возносишься к первоисточнику всего и исполняешься огромной благодарности. Когда искренне говоришь "Спасибо!" всей Вселенной испытываешь чувство очень похожее на эйфорию. Некоторые христиане достигают подобного состояния во время богослужения. Очень может быть.

Перейти на страницу:

Похожие книги

История России с древнейших времен до наших дней
История России с древнейших времен до наших дней

Учебник написан с учетом последних исследований исторической науки и современного научного подхода к изучению истории России. Освещены основные проблемы отечественной истории, раскрыты вопросы социально-экономического и государственно-политического развития России, разработана авторская концепция их изучения. Материал изложен ярким, выразительным литературным языком с учетом хронологии и научной интерпретации, что во многом объясняет его доступность для широкого круга читателей. Учебник соответствует государственным образовательным стандартам высшего профессионального образования Российской Федерации.Для абитуриентов, студентов, преподавателей, а также всех интересующихся отечественной историей.

Людмила Евгеньевна Морозова , Андрей Николаевич Сахаров , Владимир Алексеевич Шестаков , Морган Абдуллович Рахматуллин , М. А. Рахматуллин

История / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
1991: измена Родине. Кремль против СССР
1991: измена Родине. Кремль против СССР

«Кто не сожалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца» – слова президента Путина не относятся к героям этой книги, у которых душа болела за Родину и которым за Державу до сих пор обидно. Председатели Совмина и Верховного Совета СССР, министр обороны и высшие генералы КГБ, работники ЦК КПСС, академики, народные артисты – в этом издании собраны свидетельские показания элиты Советского Союза и главных участников «Великой Геополитической Катастрофы» 1991 года, которые предельно откровенно, исповедуясь не перед журналистским диктофоном, а перед собственной совестью, отвечают на главные вопросы нашей истории: Какую роль в развале СССР сыграл КГБ и почему чекисты фактически самоустранились от охраны госбезопасности? Был ли «августовский путч» ГКЧП отчаянной попыткой политиков-государственников спасти Державу – или продуманной провокацией с целью окончательной дискредитации Советской власти? «Надорвался» ли СССР под бременем военных расходов и кто вбил последний гвоздь в гроб социалистической экономики? Наконец, считать ли Горбачева предателем – или просто бездарным, слабым человеком, пустившим под откос великую страну из-за отсутствия политической воли? И прав ли был покойный Виктор Илюхин (интервью которого также включено в эту книгу), возбудивший против Горбачева уголовное дело за измену Родине?

Лев Сирин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Романы про измену