Ну и где мои пьяненькие девчачьи смски, м?!

Разве я хоть одну, хотя бы типа случайную не заслужил?

Можно и просто дозвон…

Или она их пишет Фоме? Он же ее официальный "бывший".

Сдохнуть хочется от одного предположения, что они могут помириться… Козочка кучерявая, напейся и объявись хоть ты…

Но Энджи молчит, будто мне все приснилось.

В общем, жду непонятно чего. Каждый день и каждую ночь. Хорошо, что я переехал, и мне никто не мешает вариться в этом. Мне проще сейчас одному.

Потерев занывший лоб, усилием воли заставляю себя вернуться к рабочей записке. На заднем фоне слышно, как в прилегающем кабинете Оля закрывает за собой дверь, уходя домой. Становится тихо-тихо.

Дочитываю, наскоро пишу Кириенко письмо и тоже собираюсь. Я и так уже опаздываю, а бабушка такое не прощает. Родители не выходные свалили в Сочи, так что меня ждет сомнительно классный вечер в компании бабули, ее мужа следака на пенсии и сестры, если она не умудрится каким-то чудом смыться к подружкам.

<p>Глава 38. Ярик</p>

Заехав на территорию, паркуюсь у бабушкиного особняка. Он в нашей семейной усадьбе является центральной монументальной постройкой, оставшейся еще после моего родного деда, первого мужа бабули.

Родители же возвели свой дом в отдалении от главной аллеи у самого берега лесного озера на месте когда-то сгоревшего гостевого коттеджа. Получается, что мы и вместе живем, и каждый по отдельности. И к бабуле моей без официального приглашения часто соваться как-то не принято.

Она у меня старой закалки, по ощущениям года этак 1812-го.

– Добрый вечер, – здороваюсь с бабулиным верным "Добби" Раисой, которая работала здесь еще до моего рождения.

– Здравствуйте, Ярослав Кириллович, уже ждут, – кивает в сторону столовой.

– Ага, спасибо, Раис, провожать не надо, – торможу ее очевидный порыв.

Острить по поводу того, что я явно и сам найду дорогу, не считаю нужным. У бабули так заведено, Раисе не до шуток.

Минуя холл и малую гостиную, оказываюсь в столовой. За длинным столом, накрытым белоснежной хрустящей скатертью, уже все в сборе.

Иван Глебович, нынешний муж бабушки, полковник юстиции в отставке, во главе стола и в сорочке с запонками. По левую руку бабушка, а по правую Душка. Обе в коктейльных платьях и в бриллиантах. Обычный семейный вечер пятницы. Не хватает скрипача.

– Всем привет, – бодро здороваюсь, разряжая чинную обстановку.

Мне можно. Я официальный бабулин любимчик. Уж не знаю, чем именно это заслужил. Она говорит, что я напоминаю ей молодого отца и, смотря на меня, она каждый раз сбрасывает с плеч лет двадцать. Логическая цепочка конечно сомнительная… Женщины.

– Здравствуй, мой дорогой, мы уж заждались. Совсем пропал, негодник, – воркует бабуля, подставляя прохладную щеку для поцелуя.

Чмокаю бабушку, обняв ее острые худые плечи, пожимаю руку Ивану Глебовичу и, подмигнув Лиде, усаживаясь рядом с сестрой.

Душка улыбается мне глазами и одновременно снисходительно кривится ртом. Официально мы так и не помирились, но оба знаем, что долго злиться она просто не способна, а вот строить скорбные рожицы – это сколько угодно.

– Коньячку? – тут же предлагает Иван Глебович, у которого на тарелке вместо стейка лосося целая гора разнообразных закусок.

Он по настоянию бабули на диете. Правда, на каком-то очень сомнительном ее варианте. Кажется, пуговицы на его круглом животе и мощной грудной клетке только еще больше трещат по прошествии этих двух недель, что мы не виделись.

– Ну что ты сразу спаиваешь, Иван, мальчик даже сесть не успел, – цокает бабушка.

– Апперитивчик, Идушка, надо! Полезно для пищеварения. Пацан у нас теперь работяга, пятидневку отпахал, – подмигивает мне и тянется за рюмкой, – Давай, Ярослав Кириллович, уважь старого полкана, вздрогнем. Чтоб служба как по маслу шла и звезды сами на погоны падали. Или что там в чести у вас на гражданке? Бабки в карман залетали?

Бабуля театрально закатывает глаза, демонстрируя свое отношение к подобным плебейским аргументам, но поднимает бокал с белым вином, сдаваясь. Они вообще очень странная с виду пара, этакие принцесса и свинопас на пенсии. Зато за ними бывает весело наблюдать.

– За тебя, дорогой, ну, рассказывай… – наседает бабушка, чокаясь.

Так и знал, что потребуют отчет.

***

– Нет, ну с ФАСом ты зря так напрямую, Яр! Вообще Кирюха, батя твой, конечно рисковый тебя с каким-то несчастным юристишкой посылать, решил, видать, погонять тебя, чтобы жизнь медом не казалась, – посмеивается Иван Глебович, снова наливая нам по очередной стопке. Верхние две пуговицы на его сорочке уже расстегнуты, губы и взгляд лоснятся, щеки бордовые, атмосфера за столом соответствующая, пьяно-веселая. Сегодня стиль моего приемного деда победил, – Подошли бы ко мне, я бы тебя к Евгеньечу… Да на дачку, да чтоб с банькой, мяска бы пожарили м-м-м… Ты б ему про бонусы, все бы устроили за вечер один! Как дети, ей богу, бизнесмены, б…– давится матом, метнув опасливый взгляд на бабулю.

Та показательно строго выгибает тонкую бровь.

– Кхм, – откашливается Иван Глебович в кулак, – Так вот… О, Ярик, а ты на этих выходных то что делаешь?