Читаем Тевтонский орден полностью

Фридрих-Вильгельм понимал, что лучшим средством удержать колонистов в стране было добросовестное исполнение тех обещаний, которые их привлекли. Горе тому, кто провинился какой-нибудь несправедливостью к гостям Прусской монархии! Один военный советник позволил себе вымогать деньги у переселенцев: он был схвачен и немедленно повешен. Чтобы заботы его принесли желанные плоды, король учредил особую колонизационную комиссию и издал в виде жалованных грамот своего рода кодекс прав и обязанностей колониста. Все до подробностей регламентировано было в этом кодексе для переселенцев всех категорий, и щедрой рукой дарованы были им вольности и привилегии. Для них этот скупец становился расточительным. В то время, когда все доходы его государства не превышали 7 400 000 тал., он тратил по миллиону в год в течении шести лет на одну Литву. Умственные и нравственные интересы его новых подданных заботили короля не менее материальных. Он уважал их свободу совести, так как в нем сохранился дух терпимости его предшественников: он праздновал столетнюю годовщину рождение Лютера наравне с годовщиной обращение в кальвинизм Иоанна Сигизмунда. Устроив оружейные заводы в Шпандау и Потсдаме, он дал католических священников выписанным из Люттиха рабочим: ему мало было нужды, что они были папистами, раз они умели делать хорошие ружья. Только рационалисты и атеисты не находили у него пощады: их сажал он в тюрьму; но он не считал невежества оплотом веры. Он открыл множество школ в тех провинциях, куда призвал всего больше колонистов. «Много ли мне было бы пользы, говорил он, если бы мне удалось заселить страну землепашцами, да не удалось сделать из них добрых христиан». Несмотря на всяческие затруднения, он основал в Литве и в Восточной Пруссии 1380 школ. Труд этот получил свою награду. В 1725 г. 9539 новых поселенцев явилось в Пруссию; было основано много городов и 460 деревень. Но это было только начало; религиозная нетерпимость готовилась еще раз доставить Пруссии многочисленных сынов.

Колонисты из Зальцбурга и австрийских земель. Религиозная политика Пруссии и Австрии.

Зальцбургское епископство было одним из древнейших и славнейших германских княжеств: в нем жило 200 000 человек, среди которых реформационному учению удалось пустить корни, несмотря на строгое преследование со стороны князей-епископов. В конце XVII и в начале XVIII в., когда здесь правили один за другим два полных терпимости прелата, число диссидентов еще увеличилось, и барон Леопольд Фирмиан с самого вступления своего на епископский престол стал выказывать по этому поводу сильное беспокойство и неудовольствие. После целого ряда неискусных мероприятий, неудачных миссий, безуспешных пилигримств и бесполезных угроз, епископ, вопреки представлениям протестантских держав, полагаясь на поддержку императора Карла VI, прибег к открытой силе; но это тоже не привело ни к чему. Тогда, опираясь на известную статью Вестфальского мира, он приказал всем не католикам отправляться в изгнание, но не дал им при этом установленного договором срока; на время он взял было назад свое решение, затем опять вернулся к нему; одним словом, он только тогда спохватился, что сделал громадный промах, когда 30 000 его подданных — и лучших из них, — натерпевшись всяких жестокостей, перешли границу.