Было уже темно, когда Богдан вышел из дома. До железнодорожной станции было недалеко. Он перебежал поросший деревьями участок местности и вскоре уже трясся в полупустом вагоне.

Дорогу Князев помнил прекрасно, хоть и был в гостях у сослуживца всего раз. Зайдя за калитку на территорию дачного кооператива, он настороженно огляделся по сторонам и прислушался. Вокруг было тихо, лишь где-то недалеко спросонья залаяли собаки. И на улице не было ни души – в будний день мало кто из владельцев участков здесь ночует. Разве что несколько пенсионеров, да и те ложатся спать, как только стемнеет. Заметив издалека очертания щитового домика, в котором жил Выгодин, Богдан сошел с гравийной дорожки. Слившись с идущими вдоль дорожки оградами, он бесшумно, не спеша пошел вперед. Дойдя до участка покойного приятеля, Князев на минуту застыл, вглядываясь в темноту, – нет ли в доме или рядом с ним таких же, как он, желающих обыскать жилье покойника. Привыкшие к темноте глаза не заметили ничего подозрительного. Для того чтобы попасть в дом, ничего придумывать было не нужно – ключ от дачи друга он мог определить на ощупь в небольшой связке своих.

Собравшись с духом, Богдан в несколько прыжков пересек заросший травой участок и оказался у входной двери. Повернув ключ в замке, он медленно нажал на ручку. Дверь предательски скрипнула. В полной тишине Князеву показалось, что эхо докатилось до противоположного конца кооператива. Он затаил дыхание и прислонился к стене, сливаясь с нею. В какой-то момент ему показалось, что невдалеке послышался хруст сломавшейся ветки. После чего мимо по тропинке пробежал еж. Вытерев со лба выступивший пот, Богдан осторожно приоткрыл дверь и собирался уже зайти внутрь, как в одной из комнат послышался негромкий глухой удар, словно что-то стукнуло об оконное стекло. Черт, да что такое? Ей-богу, как мальчишка. Князев в сердцах обругал себя. Будь что будет. Назад дороги нет. Он зашел в дом, прикрыл за собой дверь. Окна в прихожей были полностью закрыты занавесками, из-за чего рассмотреть хоть что-то было практически невозможно. В полной темноте Богдан бесшумно сделал несколько шагов и, стоя в маленькой прихожей, заглянул в комнату. Там тоже было темно, как в танке. Он зашел в комнату, затаился и прислушался. Было тихо. Наверное, послышалось, решил Богдан. Как говорится, у страха глаза велики. Князев уже было расслабился, как тут же внутренне напрягся, интуитивно почувствовав, что кроме него где-то поблизости все-таки есть кто-то посторонний.

9

Валерий Карачун, владелец-директор частной охранной фирмы «Викинг», сидя в своем офисе, посмотрел на часы. Уже почти половина десятого вечера. Рабочий день как-то незаметно затянулся. Впрочем, ему было не привыкать: раньше девяти уходить домой удавалось очень редко – заказов было выше крыши, особенно после геройского поступка его сотрудника Богдана Князева. Он и раньше уважал этого парня – как-никак, прошли вместе не одну горячую точку, тот проявил себя как солдат не из робкого десятка. Но то были военные действия, а сейчас мирное время. Многие бывшие вэдэвэшники быстро опускались на гражданке – кто спивался, кто заплывал жирком. Князев – не из таких, он сумел сохранить чувство собственного достоинства и понятие чести. Именно поэтому, когда тот обратился за помощью, Карачун, ни минуты не раздумывая, сразу пошел навстречу. Он не особо вникал в произошедшее с Выгодиным – это дело полиции, пусть разбирается. К Валерию Павловичу сразу же после убийства приходил следователь, расспрашивал о бывшем сотруднике. Но директор, по сути, ничего о нем толком и не знал. Тот когда-то служил у него в подчинении, устроился на фирму недавно, ответственный, надежный работник. Сказал, чтобы следователь обратился к Князеву – с ним погибший вроде бы был лучше знаком. Вот и все. Правда, сейчас Карачун уже жалел, что упомянул Богдана. Раз менты что-то мутят с показаниями свидетелей, значит, дело пахнет керосином. Да еще и против Князева открыли уголовку.

Выйдя из офиса и поставив его на сигнализацию, директор «Викинга» спустился в лифте в подземный паркинг офисного центра. Сел в джип, повернул ключ в замке зажигания, включил радио. И тут внезапно на заднем сиденье послышался шорох. Не успел Карачун опомниться и как-нибудь среагировать, как неизвестный в черной балаклаве и в перчатках одной рукой сильно сжал его горло, а другой приставил к виску дуло пистолета с глушителем.

– Тихо, дядя, не надо кричать, хуже будет! Не рыпайся, если хочешь остаться в живых, – раздался сзади голос. – Медленно подними руки и положи их на руль. Да, и не косись в зеркало, смотри вперед. Малейшее резкое движение – и я тебе мозги вышибу!

Карачун послушно выполнил требования неизвестного. Хозяина охранного агентства держат под прицелом – вот это да! Влип так влип. Валерий Петрович принялся лихорадочно соображать, кто бы это мог организовать. Банальные грабители? Бандиты? Конкуренты? Или, может, недовольные клиенты? Но таких на его памяти нет – все всегда оставались довольны оказанными услугами.