Читаем Террористы полностью

Турция не смогла через закрытые русскими горные перевалы помочь Плевне, и она сдалась в ноябре 1877 года. Потеряв из-за болезней и отсутствия разворованной теплой формы обычные десятки тысяч воинов, имперская армия к концу мерзлой зимы подошла к Стамбулу. Результаты победной несмотря ни на что для России войны подводились на общеевропейском Берлинском конгрессе. Сербия и Румыния были объявлены независимыми королевствами, Болгарию разделили на две части, полунезависимую и опять турецкую. Боснию и Герцеговину благодаря неучастию в войне и умным сановникам получила Австро-Венгрия. Завалившей Балканы кошмарным количеством солдатских трупов России они, как обычно, не достались, а были даны только взятые на Закавказье крепости и устье Дуная, потерянное еще в 1856 году в результате Крымской войны. Летом 1878 года Россией была недовольна вся Европа, и между империей и освобожденными ей Сербией, Румынией и даже Болгарией началось охлаждение. Империя не добилась поставленных в войне целей и получила международную изоляцию.

В самой империи Балканская война вызвала огромное разочарование. Империю охватило подорожание всего и вся, и рубль стал стоить сорок копеек. Михаил Салтыков-Щедрин сказал, что надо радоваться, что за российский рубль в Европе все еще дают даже сорок копеек, потому что скоро будут давать в морду. Зимний озлобился, но вынужден был принять общее презрение общества. Революционные народнические газеты подробно рассказывали подданным о преступлениях высших чиновников и очевидной неспособности высшей власти решать не только внутренние, но и внешние проблемы страны. Множество людей в России требовали перемен и в империи поднялась заслуженная ей буря.

Земства нескольких губерний заявили Петербургу о том, чтобы подданным дали хотя бы болгарскую политическую свободу. Многие студенты стали на сходках говорить о принятии в стране конституции, их тут же выгоняли из университетов и массово ссылали. Впервые в Москве полиция организовала их колоссальное избиение с помощью дворников и торговцев Охотного ряда, провоцируя создание черной сотни. Еще в июле 1877 года петербургский градоначальник-генерал Ф. Трепов, один из самых одиозных людей в окружении Александра II, приехал в дом предварительного заключения, в котором более трех лет без улик мучились в переполненных камерах и одиночках, антисанитарии, неподвижности, в страшной духоте и цинге убивающие себя народники. Трепов потребовал, чтобы подследственные и осужденные при его появлении в камере, в коридоре, везде снимали шапки столько раз, сколько его увидят. Само собой, это было незаконно, но Трепова это не волновало, потому что идти в атаку на беззащитных, это не идти в бой против отчаянных янычар. Осужденный за неучастие в Казанской демонстрации и за неоказание-оказание сопротивления полиции в закрытой комнате полицейского участка без свидетелей студент А. Богомолов-Емельянов не успел второй раз снять шапку перед самодуром, и Трепов своей генеральской рукой сбил ее сам и приказал публично высечь такого-сякого строптивца. Боголюбова высекли, и империя вздрогнула, и беспорядки в тюрьмах эхом покатились по России. Негодование наглыми царскими холопами проникало во все слои имперского общества, и количество землевольческих групп росло и росло, а ситуация в империи накалялась и накалялась, накладываясь на возбужденных бездарной войной людей.

Александр Второй

24 января 1878 года адъютант градоначальника Петербурга вышел в общую приемную, в которой встречи с Треповым ждали шестнадцать человек. Адъютант расспросил всех о цели прихода и проверил документы. Четвертой шла молодая девушка с прошением о выдаче свидетельства домашней учительницы.

Александр Второй