Читаем Террин из зайца полностью

Террин из зайца

Клеменза схватился за голову:

– Нас убьют этой же ночью!

Вито надкусил грушу.

– Нет. Если бы Бордзони хотел нас убить, он бы уже сделал это. Бордзони колеблется.

Бруно, помощник дона Бордзони, пил десятую рюмку граппы, но все еще не сказал ни слова из того, что Вито хотел бы услышать.

– Старик и сам понимает, что пришла пора перемен, – наконец выдавил из себя Бруно. – Все, что он хочет, – это сохранить свое место в городе. Остальные пять пиццерий Нью-Йорка на его стороне. Но о тебе они тоже слышали.

– Мы не враги дону Бордзони, – сказал Вито. – Мы уедем с нашим рецептом на запад.

В воздухе пахло весной.

Пицца. Хрустящие края, оплавленные оливковым маслом и сыром. Простая обильная начинка. Пицца с салями. Пицца с ветчиной. Пицца с грибами и курицей. Пицца с четырьмя видами сыра. Пицца для вегетарианцев, ведь в Америке водятся и такие.

Вито оторвался от рабочего стола. Ему грезились свежие сочные томаты, знойные маслины и перец, божественный перец. Пусть будет один рецепт с рыбой и один с морепродуктами, просто для разнообразия. Пусть в пиццерии Колобини будет все, а не только канонические пять итальянских рецептов. Здесь не Италия, здесь другой мир, многоязычный и многоцветный. Пусть каждому найдется пицца по душе.

Фабио Бордзони вызвал их всех.

– Мне известно, что вы задумали новую пиццу, – заявил он.

Вито помертвел. Никто, кроме Клемензы и Тино, об этом не знал.

Бордзони молча перекатывал в пальцах шарик сырого теста. С улицы донесся железный звон трамвая.

– Я хочу открыть еще одну пиццерию, – сказал Бордзони. – И я могу поставить вас над ней. Но мне нужна верность…

Вито поцеловал руку Бордзони. Произнося клятву, он незаметно перепутал слова. Так он посчитал себя свободным от обязательств. Клеменза и Тино мялись у входа. Один из них был предатель.

Мария-Грация умерла 3 октября. Перед смертью она позвала к себе Вито.

– В пиццу нужно класть базилик, – прошептала она. – Пицца невозможна без базилика. Все, что угодно, но должен быть базилик… Здесь он не растет… За иконой Девы Марии есть мешочек… Это с Сицилии… Да поможет тебе святой Франциск…

Мария-Грация тихо умерла во сне. За иконой Вито нашел большой мешочек сушеного итальянского базилика. Вдохнув его аромат, Вито поклялся назвать пиццерию именем тетушки.

Повторяя слова заупокойной молитвы над гробом Марии-Грации, он придумал план действий.

– Мы положим в пиццу немного чеснока, – обронил Вито в разговоре с Клемензой. – В пицце должен быть сладкий лук, – пробормотал он однажды в присутствии Тино.

Через неделю в пицце дона Бордзони появился привкус лука.

Все стало ясно. Тино их предал.

Клеменза плакал, но обещал идти до конца.

Первая пиццерия Колобини открылась в Бруклине перед самым Рождеством 1922 года. Накануне Витторио принял приглашение глав пяти пиццерий Нью-Йорка на дегустацию пиццы. Это была большая честь. Сам дон Бордзони рекомендовал его как перспективного кулинара. Для того чтобы взять напрокат пиджак, Витторио Колобини пришлось заложить часы. Белую полоску на загорелой руке он прятал под манжетой рубашки в течение всей церемонии. Он был самым молодым членом жюри.

– Оцениваете ли вы тесто как превосходное, посредственное или плохое? – Посредственное…

Дон Бордзони был убит тремя выстрелами в голову. Все, что осталось от его лица, это бесконечное недоумение…

– Является ли лепешка сырой, правильно выпеченной или пересушенной? – Пересушенной…

Энцо Коргелони получил нож в сердце. Умирая, он почему-то улыбался…

– Считаете ли вы замену оливкового масла на кукурузное приемлемым или неподобающим?.. – Неподобающим, святой отец. Абсолютно неподобающим…

Скорццо умолял сохранить ему жизнь, но Клеменза не дрогнул…

Оставался еще Тино. Его Витторио взял на себя.

Перейти на страницу: