Читаем Тени трона полностью

— А мне, кстати, нравится идея Гленарда, — поддержал Гленарда Донрен. — И более того, я думаю, что такой интересный тайный доспех очень поможет и Тайной Страже. У нас не так уж и редко бывают опасные ситуации, в которых нельзя появиться в доспехах, и приходится сражаться в обычной одежде. Дополнительная защита не помешает. То, что предлагает Гленард, как раз то, что нам нужно для таких случаев.

— Нужно дать этому доспеху название, — сказала Ниара.

— Доспех Гленарда? Гленардеж? Гленардиция? Гленардина? — предложил Славий.

— А что, гленардина звучит хорошо! — согласился Донрен. — Завтра соберем вместе портных и бронников, будем делать гленардины. Чтобы и красиво, и удобно, и надежно. Ох, шуму-то будет и ругани, пока договорятся, как сделать лучше…

Праздник Самхайн, как и бал по его случаю, отмечался в ночь с последнего дня десятого, желтого, месяца на первый день одиннадцатого месяца года, месяца листопада. В древние времена, в Шеангае, с рассветом в ночь Самхайна начинался новый год, однако после Исхода наступление нового года было принято отмечать на одиннадцатый день после зимнего солнцестояния. В день, когда когда-то было принято судьбоносное для всех жителей Империи решение о начале Исхода из Шеангая.

Гости начали съезжаться к особняку Мисси ан Треудан сразу после заката. Хозяйка, улыбаясь, встречала их на пороге дома. Гости преподносили Мисси традиционные небольшие символические подарки. Гленард подарил Мисси корзину яблок. Лотлайрэ, обняв Мисси, подарила ей связку колосьев пшеницы. Славий, прибывший без спутницы, подарил кувшин квитинского вина. Мисси буквально засветилась и расцвела, обняв Славия.

Обменявшись теплыми словами с хозяйкой дома, Гленард, Лотлайрэ и Славий, прошли по аллее в сад, где должны были состояться две первые части празднества: обряд и представление. После этого гости должны были переместиться внутрь особняка для танцев и пира.

В ожидании прибытия всех гостей Гленард с Лотлайрэ, Славий и Донрен, оставивший Мари болтать с Мисси, гуляли по дорожкам и аллеям сада, щедро освещенным светом факелов. Славий вполголоса рассказывал Гленарду и Донрену, где в саду и внутри дома спрятаны мечи.

Гости постепенно собирались в центре сада, где вокруг большой поляны были расставлены столы с разнообразными хмельными напитками и легкими закусками. На столах и на колоннах вокруг поляны были расставлены вырезанные из тыкв, больших картофелин, репы и свеклы страшные лица, призванные отгонять злых духов, которые были особенно деятельны, по преданиям, в эту ночь.

В центре поляны был выложен круг из небольших черных камней, между которыми стояли незажженные пока белые свечи. Внутри круга был установлен большой камень, алтарь, на котором лежали какие-то ритуальные приспособления, не слишком хорошо различимые в темноте.

Наконец, все ожидаемые гости собрались, о чем сообщил удар гонга. Настало время начинать ритуал и праздник.

Раздались равномерные удары барабанов. На поляне медленно и торжественно появилась процессия. Впереди шел обнаженный по пояс барабанщик, размеренно бивший в большой барабан. За ним шла Мисси. За ней молодой священник в длинном белом одеянии. Замыкали шествие еще четверо барабанщиков.

Мисси заняла место среди гостей, рядом со Славием, слегка сжав его руку. Барабанщики встали вокруг круга. Священник вошел в круг.

Внезапно барабанщики перестали бить. Тут же слуги загасили все факелы на поляне и вокруг нее. Стало по-настоящему темно. Небо было безоблачным, но было новолуние, и теперь поляна освещалась только тусклым светом звезд.

В темноте было едва различимы белые одежды священника. Он прошел вдоль всей границы круга, шепча заклинания и закрывая круг от внешнего мира. Потом священник установил на стороны света символы стихий и, подняв руки, громко призвал покровителей стихий присоединиться к ритуалу. Отличие от обычных ритуалов было в том, что на Самхайн праздничный ритуал обычно начинался в темноте, поэтому на южной стороне круга вместо обычного горящего светильника ставилась, как символ стихии огня, мисочка с серой, смешанной с углем.

Закончив подготовку ритуального круга, священник подошел к алтарю. Его одеяние соскользнуло с его плеч. Обнаженное тело священника в свете звезд было почти невидимо, создавая ощущение его нереальности и призрачности.

Громким голосом он призвал Бога и Богиню присоединиться к празднику. Потом он обратился к ушедшим дальше по Пути предкам, почтив из память, особенно вспомнив о павших страшной Багряной весной этого года. Им он пожелал счастливого перерождения и прекрасной новой жизни. Сказал, что близкие любят и помнят их, и попросил у них быть добрыми ко всем людям и нелюдям.

После этого священник попросил у Бога послать огонь, очищающий сейчас и согревающий в течение всей зимы, а у Богини попросил смирить пылкий темперамент ее вечного спутника, чтобы буйный нрав Бога не сжег бы домов, лесов и посевов.