Читаем Теневой народ полностью

Маленькая еврейская нация смеет показывать непримиримую ненависть к собственности других народов; они пресмыкаются, когда их постигает неудача, и высокомерничают при процветании дел».

Довольно определенно высказался по еврейскому вопрос Фурье: «Евреи считают похвальным обман и мошенничество, раз они практикуются над теми, кто не исповедует их религии. Итак, каждое государство, претендующее на добрые нравы, должно заставить, обязать евреев обратиться к труду производительному. Когда дойдут до такого убеждения — и этого не долго ждать — что политическая наука должна стремиться к уменьшению числа торговцев, дабы привести их к более чистой и более ответственной конкуренции, тогда познают всю слабость той философии, которая призывает на помощь целую непроизводительную, меркантильную расу, способную лишь рафинировать и без того нестерпимые коммерческие обязательства и обманы».

Прусский король Фридрих Великий (1712–1786 гг.) особо подчеркивал, что «правители не должны выпускать из поля зрения евреев, предотвращать их проникновение в оптовую торговлю, следить за ростом их населения и лишать их возможности где бы то ни было замышлять нечестивые деяния. Ничто так не ущемляет торговцев, как та недозволенная прибыль, которую делают евреи».

Анализируя ситуацию в стране, Австрийская императрица Мария-Терезия (1717–1780 гг.) заявила: «Впредь ни один еврей, независимо от того, кто он такой, не будет оставаться здесь без моего письменного разрешения. Я не знаю никакой другой чумы внутри страны, как эта раса, которая разоряет народ хитростью, ростовщичеством, одалживанием денег и занимается делами, отталкивающими честных людей. Следовательно, по возможности, они будут перемещены и изгнаны отсюда».

Еврейство волновало и императора Франции Наполеона Бонапарта (1769–1821 гг.). Выступая на апрельской сессии Сената в 1806 году, он говорил: «Евреев нужно рассматривать как нацию, но не как религиозную группу. Они являются нацией в средине нации. Я бы хотел на определенное время лишить их права выдавать займы под заклад, потому что слишком унизительно для французского народа быть обязанным этой низкой нации. Собственность целых деревень грабится евреями, они восстановили крепостничество; они являются настоящими стаями воров. Нищета, вызываемая евреями, не исходит от одного индивидуального еврея, но является сущностью всего этого народа. Они, как гусеницы или саранча, которые поедают Францию.

Я решил исправить евреев, но я не хочу их иметь больше, чем их есть в моем государстве. Я делаю все, чтобы доказать мое презрение к этой подлейшей нации мира.

Евреи являются нацией, способной к самым ужасным преступлениям. Я хотел сделать из них нацию граждан, но они негодны ни к чему, кроме торговли подержанным добром. Я был вынужден провозгласить закон против них за их ростовщичество и крестьяне Эльзаса передали мне свои благодарности».

Немецкий полководец Гельмут фон Мольтке (1800–1891 гг.) подчеркивал, что «евреи образуют свое общество и, подчиняясь собственным законам, умеют обходить законы страны, их приютившей.

При расследовании краж, редко еврей не бывает замешан или как сообщник, или как укрыватель краденого. Для накопления богатства для них все средства хороши. В войне 1812 года евреи были шпионами у обеих сторон, предавая при этом каждую их них».

Известный венгерский композитор Ференц Лист (1811–1886 гг.) заявил: «В час опасности для страны, еврей, открывая или закрывая свою мошну, способен или ее поддержать, или содействовать ее поражению.

Настанет момент, когда все христианские нации, среди которых живут евреи, поставят вопрос, терпеть ли их дальше или депортировать. И этот вопрос по своему значению так же важен, как вопрос о том, хотим ли мы жизнь или смерть, здоровье или болезнь, социальный покой или постоянное волнение». Выдержки из высказываний всемирно известных людей можно было бы продолжить[61].

Во многих европейских странах разрабатывались различные варианты избавления от еврейства. В 1652 году голландская Вест-Индская компания выделила Жозефу Нунезу да Фонсеке земли на острове Курасао для создания еврейской колонии. Евреи переезжать на остров не пожелали. Во-первых, там грабить было некого, кроме своих соплеменников, но это запрещено иудаизмом. Во-вторых, не хотелось расставаться с уже захваченными позициями в Европе. Поэтому попытка предоставить иудеям «землю обетованную» не удалась.

В 1654 году Англия пыталась поселить евреев в своей колонии Суринам, а Франция — в Кайенне, но по тем же причинам эти попытки тоже оказались неудачными.

В 1903 году английский министр колоний Дж. Чемберлен предлагал лидерам сионистов для еврейской колонизации Уганду.

Первую попытку переселить евреев на «историческую Родину» в Палестину предпринял в 1799 году Наполеон, но евреи уезжать из Европы никуда не желали.