Читаем Тень ночи полностью

– Помогите! Мне кажется, что мой муж – вампир! – засмеялась я, колошматя его по бедрам.

– Тише, ты! – рявкнул Мэтью. – Иначе тебе придется объясняться с госпожой Холи.

– Будь я не ведьмой, а обычной женщиной, то от твоего рычания лишилась бы чувств. Я бы целиком стала твоей, и ты мог бы делать со мной что угодно, – захихикала я.

– Ты и так уже целиком моя, – напомнил Мэтью, опуская меня на кровать. – Кстати, я решил изменить этот дурацкий сюжет. В интересах оригинальности, не говоря уже о достоверности, мы пропускаем обед и переходим прямо к свиданию.

– Читателям бы очень понравился вампир, который так говорит!

Мэтью, похоже, не волновали мои редакторские замечания. Он был поглощен задиранием моих многочисленных подолов. Мы собирались заняться сексом, не раздеваясь. Очень пикантно, в духе Елизаветинской эпохи.

– Погоди. Дай я хотя бы сниму валик на заднице.

От Энни я узнала, что именно так называется похожее на пончик сооружение, благодаря которому мои юбки имели благопристойную округлость и придавали ходьбе плавность.

Однако Мэтью не был настроен ждать.

– К чертям валик на заднице!

Он торопливо развязал тесемки на штанах, затем откинул мне руки за голову и прижал к кровати. Через мгновение он уже вошел в меня.

– Я и подумать не могла, что разговор о массовом чтиве способен так подействовать на тебя, – прошептала я, когда Мэтью начал двигаться во мне. – Напомни, чтобы я почаще говорила с тобой на такие темы.

Мы садились ужинать, когда явился посыльный и объявил, что меня ждут в доме Благочестивой Олсоп.

Совет вынес решение.

Мы с Энни отправились туда в сопровождении двух вампиров. Позади тащился Джек. Войдя, мы нашли старуху в гостиной вместе с Сюзанной и тремя незнакомыми ведьмами. Вампиров Благочестивая Олсоп отправила в «Золотого гусенка», а мне велела подойти ближе к собравшимся. Все они сидели у огня.

– Познакомься со своими учительницами, Диана.

Двойник Благочестивой Олсоп указал мне на пустой стул и ушел в тень хозяйки. Все пять ведьм изучающе глядели на меня. В темных платьях из плотной шерсти они были похожи на группку богатых горожанок. Ведьм в них выдавали только глаза, от взгляда которых у меня пощипывало кожу.

– Значит, Совет согласился с вашим первоначальным замыслом, – медленно произнесла я, стараясь смотреть каждой ведьме в глаза.

Мне никогда не удавалось изображать страх и трепет, который так нравится учителям.

– Согласились, – смиренно ответила Сюзанна. – Вы уж простите меня, госпожа Ройдон. Мне нужно двоих сыновей растить, а муж слишком болен, чтобы зарабатывать на семью. Я дорожу хорошими отношениями с соседями, и портить их мне никак нельзя.

– Позволь представить тебе остальных, – сказала Благочестивая Олсоп.

Она слегка повернулась к женщине, сидевшей справа. Той было около шестидесяти. Невысокая, круглолицая и, возможно, наделенная душевной щедростью. Мне понравилась искренняя улыбка этой ведьмы.

– Это Марджори Купер.

– Здравствуйте, Диана, – сказала Марджори, слегка кивая мне, отчего невысокий воротник ее платья зашуршал. – Добро пожаловать в наше собрание.

Ведьмы Елизаветинской эпохи называли свои сообщества собраниями, придавая этому слову тот же смысл, какой современные ведьмы вкладывали в слово «шабаш». Как и все остальное в Лондоне, территориально собрания ведьм совпадали с границами церковных приходов. Сосуществование шабашей ведьм и христианских церквей казалось странным, но было весьма разумным в организационном смысле и давало дополнительную защиту. Все разногласия ведьмам предписывалось решать в своем кругу.

Таких собраний в Лондоне было больше сотни и еще две дюжины в предместьях. По аналогии с приходами собрания входили в более крупные территориальные образования, называемые округами. Каждый округ отправлял одну из своих старейшин на Совет, занимавшийся делами и проблемами ведьм в масштабах города.

Охота на ведьм и возникшая паника обеспокоили членов Совета. Они боялись, что прежняя система управления начнет рушиться. Лондон и так кишел существами нечеловеческой природы, и их число возрастало с каждым днем. Из обрывков разговоров я знала о разросшемся олдгейтском собрании. Оно насчитывало более шестидесяти ведьм, тогда как обычно их было от тринадцати до двадцати. Крупные собрания имелись также в Крипплгейте и Саутварке. Не желая привлекать к себе внимание людей, некоторые собрания начали «разлетаться» и разделяться на септы, или, другими словами, на кланы. Но предводительницы новых собраний не имели опыта, а это в нынешние трудные времена лишь усугубляло проблемы ведьм. Члены Совета, наделенные даром ясновидения, заранее знали, что так случится.

– Как и Сюзанна, Марджори владеет магией земли. Ее особенность – память, – пояснила Благочестивая Олсоп.

– Мне не нужны ни гримуары, ни эти новые альманахи, которыми торгуют сплошь и рядом, – с гордостью заявила Марджори.

– Марджори помнит каждое заклинание, которое хоть раз произносила. Она способна назвать точное расположение звезд за все годы своей жизни и на много лет назад, когда ее еще не было на свете.