Читаем Тень короля полностью

Отец Мэлдуин собирал валежник. Валежника требовалось много, а так как местность на территории клана О`Фланнаган была болотистая, то святой отец частенько забирался в лес далеко за пределы семейных земель. Дозорные на границах смотрели на эти одиночные вторжения сквозь пальцы. Во-первых, отца Мэлдуина все они хорошо знали. Во-вторых, гнать в шею священника, мирно собирающего хворост и бормочущего себе под нос молитвы — грех. Ну, и в-третьих, никакой опасности Мэлдуин О`Фланнаган, как истинно Божий человек, для соседей не представлял… Опять же, пускай он и отринул всё мирское, однако воинственные О`Фланнаганы за неуважение к родичу могли и напинать, чтоб неповадно было!.. Поэтому святой отец беспрепятственно покидал пределы родовых земель и всегда спокойно, без приключений, возвращался обратно — в свою маленькую каменную церквушку, притулившуюся возле широкого ручья на окраине леса.

Но сегодняшнее утро принесло с собой не только холод и густой туман… Это трудолюбивый священник понял в тот момент, когда, склонившись над очередной охапкой валежника, услышал громкий треск веток. Кто-то ломился сквозь лес, не разбирая дороги, и, судя по хриплому, загнанному взрыкиванию, этот "кто-то" человеком не был.

— Ах, Господи!.. — вскрикнул святой отец, которому вовсе не улыбалось нос к носу столкнуться с диким зверем, к тому же, судя по всему, еще и здорово напуганным. Порвет не глядя, даже сандалий не оставит!.. Мэлдуин О`Фланнаган трусом не был. Но и дураком не был тоже. И прекрасно понимал, что один-разъединственный кинжал свирепого хищника только насмешит… Поэтому, подобрав полы рясы и торопливо вознося молитвы Всевышнему, священник бросил хворост и быстро вскарабкался вверх по липкому стволу вековой сосны. Со страху влез аж на пятнадцать футов, оседлал толстый сук и прикинулся ветошью, благоразумно продолжив творить охранные молитвы уже про себя… И очень вовремя он это сделал, надо сказать!

Из зарослей, подвывая на бегу и поджав хвост, кубарем выкатился огромный серый волчара с перебитой лапой. Следом тем же манером и с прижатыми ушами вылетел второй — точно такой же, с взмокшим от крови правым боком… А за ними, захлебываясь глухим рычанием, прямо к подножию сосны выскочил огромный бурый медведь! Единым прыжком настигнув своих жертв, косолапый оскалил бездонную черную пасть и бросился в атаку. Полетели клочья шерсти. Сонная тишь леса взорвалась ревом, визгом и воем. Отец Мэлдуин намертво прилип к своей ветке, молясь всем святым, которых только смог вспомнить… Один хищник, пускай и такой опасный, как волк — это еще куда ни шло. И даже два — терпимо, по деревьям они лазать не умеют. А вот медведь!.. "О, раны Божьи!.. — мысленно застонал преподобный О`Фланнаган, с ужасом наблюдая за тем, что творится у подножия сосны. — Как же меня так угораздило?! Только бы не заметили… господи, только бы не заметили!"

О том, что звери могут его элементарно учуять, перепуганный священник как-то не подумал. Впрочем, рычащему на три голоса серо-бурому клубку внизу было пока что не до этого… Ослепленный животной ненавистью медведь, придавив одного отчаянно извивающегося волка к земле когтистой лапой, ухватил зубами за шкирку второго, подбросил, поймал снова и затряхнул. Голова серого хищника мотнулась в сторону, гулко ударившись о ствол многострадальной сосны, хрустнули шейные позвонки — и в пасти тяжело дышащего медведя повис извалянный в земле и хвое серый шерстяной куль, еще недавно свирепо скаливший клыки. Косолапый, громко фыркнув, отбросил в сторону свою бездыханную жертву и принялся за вторую, уже полураздавленную его непомерной тяжестью… Мэлдуин О`Фланнаган изумленно покачал головой. То, что волки и медведи не питают друг к другу приязни, известно каждому. Но чтобы настолько?.. Святой отец перевел взгляд на труп поверженного волка и, не сдержавшись, ахнул в голос:

— О, господи, грехи наши тяжкие!

Серая туша менялась на глазах. Тело удлинилось, вытянулись лапы, узкая морда медленно врастала в череп, густая шерсть словно втягивалась под кожу… под белую человеческую кожу! "Матерь Божья! — ошарашенно подумал распластавшийся на ветке священник, не в силах оторвать глаз от жуткого зрелища. — Оборотень, дьяволово семя!.. И тот, второй, наверное, тоже…"

Пребывающий в полнейшем смятении преподобный О`Фланнаган не сразу осознал тот факт, что лес снова погрузился в благословенную тишину. А когда осознал, наконец, и опустил глаза, то понял еще кое-что: оборотней тут было не двое. А трое. Огромный бурый медведь с окровавленной мордой стоял под сосной, задрав круглую тяжелую башку, и внимательно изучал священника взглядом удивительно светлых, льдистых глаз. Потом принюхался, почесал когтистой передней лапой прокушенный нос и снова фыркнул. В этот раз, как показалось отцу Мэлдуину — насмешливо.