– Что же привело троих воинов-дренгров к нашим воротам? – спросила Орка. – Вы проделали долгий путь сюда из Феллура.

Гудварр уставился на Орку с таким видом, словно только что съел что-то кислое. Ей почему-то очень хотелось, чтобы он наконец вытер сопли.

– Ярла Сигрун вернулась, – ответил Гудварр. – Она созвала Альтинг. Через шесть дней, на Скале Клятв посреди фьорда.

– И ты проделал весь этот путь, чтобы сказать нам об этом? – спросила Орка.

– Именно. Серьезные дела требуют, чтобы их обсудили все. Ярла Сигрун хочет, чтобы каждый, живущий в ее владениях, прибыл на Альтинг и услышал, что она скажет.

– А что, если мы не хотим слушать, что она скажет? – прорычала Орка.

Гудварр растерянно моргнул, как будто эта мысль казалась ему невозможной.

– Тогда вам стоит присмотреть другое место для жизни, – произнесла одна из воительниц-дренгров, высокая, жилистая женщина с каштановыми волосами, заплетенными в косу. Лицо ее состояло будто из одних резких выступов и углов.

– Если вы выбираете жизнь под покровительством ярлы Сигрун в ее землях, то вы будете на Альтинге.

– Хорошо сказано, Арильд, – хмыкнул Гудварр.

– Благодарим вас, – сказал Торкель. – Вас ждут еда и питье, а также отдых для ваших лошадей. Должно быть, ваш путь был долог и тяжек, – он взмахнул рукой, указывая на двор и дом.

– Нет, – ответил Гудварр, покачав головой. – Нам нужно объехать еще три фермы, а потом мы вернемся в Феллур.

Он натянул поводья, и лошадь направилась прочь. В это мгновенье Гудварр обернулся и добавил:

– Через шесть дней, на Скале Клятв.

Затем всадники поскакали через поляну, направляясь к узкой тропинке между деревьев.

Торкель и Орка закрыли ворота и заперли их.

– Я не хочу идти на этот Альтинг, – сказала Орка. – Не хочу слушать, как Сигрун рассказывает о королеве Хелке, о ярлах и королях и об их мелких дрязгах.

– Я тоже, – сказал Торкель. Он подергивал себя за бороду с отрешенным видом. – Но мы ведь не хотим привлечь лишнее внимание, оставаясь в стороне. Это будет замечено. Даже если всем будет наплевать, то Гудварру – нет.

– Он засранец, – прорычала Орка.

– Он самый, – согласился Торкель. – Засранец, который будет трепаться и шлепать губами по нашу душу. Я предлагаю отправиться на этот Альтинг, не высовываться и слова лишнего не говорить, а потом тихо убраться домой. – Он пожал плечами. – Голос в моей голове утверждает, что мы должны услышать новости от Сигрун. Если Хелка положила глаз на Феллур и эти холмы…

Они переглянулись, а Брека высунул голову из дверей, держа на руках теннура.

– Тогда мы отправимся на Альтинг к Сигрун, – сказала Орка, медленно выдохнула и кивнула, почувствовав, как в животе зашевелился червячок страха. Она уже однажды видела в глазах у Торкеля такое же выражение, как сейчас, и оно не предвещало ничего хорошего.

Глава 9. Эльвар

Эльвар проснулась, дрожа от холода. Разлепила веки и поморщилась от мерцания приглушенного света. Спина болела: камни на пляже отлично чувствовались сквозь плащ и кольчугу. Первым звуком, что она услышала, был ровный шум набегающих на гальку и откатывающихся прочь волн. Над ее головой подрагивал тент, растянутый на древках копий, тяжелый от вчерашнего снегопада. Лютые Ратники использовали запасной парус для защиты от непогоды. Эльвар перекатилась и выползла из-под него.

Позади нее вставало солнце, словно расплавленной бронзой заливая холмы и горы, возвышающиеся над островом, а на западе, над морем, на волнах которого поднимался и скрипел пришвартованный «Ярл Волн», небо было бледно-голубым, и ветер с залива холодил и словно царапал кожу осколками льда. Море вяло вздымалось, на поверхности кружились и сталкивались куски толстого льда, освобожденные весенней оттепелью, что пришла на Морозные Острова далеко на севере. Вдали виднелись силуэты других островов, похожие на горбатые спины погрузившихся в воду гигантов. Белопенные волны омывали берег.

Ненавижу север. Эльвар встала и потянулась: плащ из тюленьей кожи, который она использовала в качестве одеяла, распахнулся, и она передернула плечами, распределяя вес кольчуги. Их отряд все еще оставался на берегу Искальта, и, хотя жители деревни были повержены и находились под охраной, Эльвар безопаснее чувствовала себя под защитой доспеха, пока они не отплыли отсюда.

Под навесом по-прежнему спали другие воины. Наружу торчали длинные сапоги Бьорра, над которыми другие любили посмеяться. Дальше по пляжу она увидела Гренда, который сидел у костра и раскладывал кашу из железного котелка в деревянные миски. Он тоже заметил Эльвар, встал и зашагал к ней, хрустя галькой под подошвами сапог.

– Снег прошел, – сказал он, протягивая Эльвар кашу. Она обхватила миску ладонями. Теперь приятное тепло просачивалось сквозь ее вязаные варежки.