Мы все так же стояли, не двигаясь с места. Просто потому, что я не имел представления, куда нужно идти – и почему мы вообще оказались здесь, и чего ждет от нас Волков. Самое простое (и самое худшее), что я придумал, – это что он засунул нас в какую-то стеклянную банку, как пойманных рыбок, и мы тычемся носами в прозрачные стенки, за которыми маячит смутное и непонятное нечто и развлекается… Но я тут же запретил себе об этом думать, потому что такая теория обязывала нас сесть на корточки, положить ладони на затылок и покорно ждать конца. А главное, я чем-то, какой-то вытянутой в нездешнее пространство вибриссой, ощущал, что все не так просто и что в этой стеклянной банке есть какое-то не предусмотренное мастером-изготовителем хитрое отверстие…

– Сейчас, ребята, сейчас… – пробормотал я, прикрывая глаза и пытаясь прислушаться к своим ощущениям, но тут Патрик крикнула:

– Нет!

И выстрелила.

Совсем близко к нам от мостовой, от палых листьев отделилось что-то… как будто кусок брусчатки встал горбом, а потом задрался с передней стороны, и стали видны сегментное брюшко, маленькая головка со жвалами и два ряда коротких тонких лапок… И тут же стало понятно, что таких бугорков здесь не один и не десять даже и что они медленно стекаются к нам.

Руки все сделали сами: передернули затвор, вздернули автомат к плечу, навели чуть ниже цели… Короткой очередью тварь подбросило и опрокинуло на спину, в ней было метра полтора в длину, – и, умирая, она стала ярко-оранжевой с красными прожилками, как мякоть апельсина-«королька». Я тут же выстрелил в соседнюю, она завалилась на бок. Патрик лупила в белый свет.

– Ниже! – крикнул я ей. – Бей в землю!

Она поняла. Следующей очередью она разорвала совсем близко подкравшуюся тварь пополам.

– Ребята! Цельтесь в землю, перед ними!.. Короткими!..

Меня поняли. Теперь палили все – аккуратно, без паники. Сквозь грохот выстрелов вдруг стал слышен гвалт, поднятый тварями: это было похоже на панику в огромной стае чаек. Сквозь запах пороховой гари резко пробилась клопиная вонь.

Я завалил еще шесть тварей и понял, что больше ничто не шевелится. Все перестали стрелять, и только Аська одиночными выстрелами садила в простую кучу листьев под стеной дома напротив.

– Хватит, ребята… хватит… – сказал я. Голос срывался, как будто я долго непрерывно орал.

Стало тихо. У меня задрожали колени.

– Что это было? – спросил кто-то за спиной.

– Да чтоб я знал… – ответил Артур.

– Ой… извините… – И Валю вырвало. – Оуу…

– Нормально, – сказал Джор. – Классные глюки. Сознавайтесь чьи?

– Я знаю, куда нам надо, – сказал я. Сработала какая-то сложная цепочка ассоциаций.

– И куда же?

– В парк. Это вон до того перекрестка и налево.

– Зачем?

– Там было единственное место, куда я не входил. Боялся входить. Эти твари оттуда полезли.

– И что это за твари?

– Не знаю. Первый раз вижу.

– Ты же говоришь…

– Я просто боюсь мокриц и клопов.

– Стоп, Костя, – сказал Джор. – А чего еще ты боишься?

Он четко просек фишку.

– Утонуть, – сказал я. – Темноты. Больших пауков. Пещер. Манекенов. Больше не помню…

– Женщин, – подсказала Патрик.

– Не в этом смысле.

– А в каком?

– Потом объясню.

– Слово?

– Слово. Да, и еще: боюсь ошибаться и попадать в неловкие положения.

– Интересные и веселые приключения нам предстоят, – пробормотал Джор. – Фильмы ужасов?

– Терпеть не могу.

– Ну хоть что-то жизнеутверждающее…

Повисло молчание. Только ветерок погромыхивал косо свисающим с крыши жестяным водостоком… Я хотел было уточнить, что в детстве случайно прочитал «Туман» Кинга и что потом долго не мог от той дряни избавиться, – но почему-то не сказал.

– Ну, веди… командир, – сказал Джор. – Ты где так командовать-то научился?

– Ну… это было давно.

– Расскажешь потом?

– Не знаю. Если честно, то не хочу.

– Дело твое…

Я все равно проболтался. Ну а что оставалось делать?

Мы обошли разбросанные трупы тварей (у некоторых еще шевелились лапки), стараясь не наступать на ошметки и брызги.

– Внимание, – сказал я, и все разом замерли. – Перезарядили оружие, передернули, на предохранитель не ставим. Палец на крючке не держим. Палец вот так, на скобе. Понятно? Далее: идем и наблюдаем в том же порядке: я и Патрик держим фронт, Артур верх, Джор – тыл, Аська – правый фланг, Валя – левый. Ни на что постороннее не отвлекаемся. Очень слушаем меня. Собрались?

– Собрались, – сказала Валя. – Есть у кого-то что-то попить?

– Коньяк, – подал я ей фляжку.

– Спасибо…

Это было последнее слово, которое я от нее слышал.

35