Поэтому он вытащил из ящика стола уже разложенные заботливо врачом по пластиковым стаканчикам таблетки и капсулы, проглотил, запил апельсиновым соком. Скоро подействуют.

На лестнице ему встретился Ульфур.

– Готово? – спросил Волков.

– Да, хозяин. Все, как велели.

– От Шарпа вестей нет?

– Нет. На связь не выходил. И маячок вертолета погас.

– Давно?

– Только что. Шел докладывать.

– Видимо, ведьмы захватили Икку…

– Не исключаю. Хотя могут быть и другие варианты.

– Например?

– Как в прошлом году. Отсырели контакты. Настоящее китайское качество.

– Тайваньское.

– По мне, так все равно. Кроме того, в районе прохода электроника всегда дурит.

– Ну, может быть. Все же я надеюсь, что это пошалили наши ведьмы.

– Надеетесь, хозяин?

– Конечно! Зря, что ли, я ее туда отправил? Вот если бы не захватили – было бы зря. Как там наши студиозусы?

– Поели. Сидят тихо.

– Хорошо. Через полчаса я к ним загляну…

Над дверью в лабораторию горел транспарант «Осторожно, радиация!». Видимо, продолжалось сканирование камня с помощью слабенького нейтронного дефектоскопа; конечно, можно было только свистнуть, и здесь оказался бы любой прибор, вплоть до тех, которыми просвечивают корабельную броню, – но Волков опасался сильными воздействиями как-то повлиять на тонкую структуру камня, изменить ее, сделать непригодной для дальнейшего использования.

Он вошел. Пахло озоном и нагретым металлом. Лаборант, стоящий у испытательной камеры, оглянулся, сделал приглашающий жест.

В прозрачной камере (барометр показывал давление в сорок миллиметров ртутного столба, примерно двадцатая часть нормального) на щит воздействовало сильное электростатическое поле, и стекающие со щита к металлизированному стеклу заряды образовывали красивые светящиеся извивающиеся жгуты. Видно было, что жгуты берут начало в нескольких выступающих точках обода (что естественно), а также от блуждающего по лабиринту участка размером примерно… примерно в ладонь, подумал Волков. А ведь еще вчера это был пятачок. Схождение, близость камня… Это хорошо. Может быть, заклятие и не понадобится.

– Он увеличился, – полувопросительно сказал Волков.

– Да, Александр Петрович, – торопливо подтвердил лаборант. – Увеличение и по площади тоже… но мы главным образом оцениваем интенсивность, как вы и требовали.

– Все правильно, Коля. Я сейчас буду некоторое время на территории, поэтому, если что – вызывай Ульфура, он меня найдет.

– Понял, Александр Петрович. А почему вы сами ни рацию, ни сотовый не носите?

– Не верю я в них, – сказал Волков. – Колдовство это, дело нечистое…

– Шутите?

– Отчасти.

31

Дверь приоткрылась немного и застряла.

– Джор! – позвал я в щель. – Артур! Помогите мне!

По ту сторону возникло движение.

– Костян? Ты, что ли? Живой?

Это был Джор.

– Живой, живой… Тяни дверь, мне тут не упереться.

– Сейчас, сейчас… Артур, ну!

– Давай. Взяли!

– А охрана?

– Нет охраны, – сказал я. – Тяните! И – раз! И – …

Дверь скрежетнула и распахнулась. Я влетел в коридор.

– Ф-фу… Ну, ребята! Как вы тут? Все целы?

– Целы пока, – сказал Артур. – А где Маринка?

– Придет позже. Мужики, пошли со мной. И Патрик тоже.

– Куда?

– Тут рядом… – Я сдержал смешок.

И подал один из фонарей Патрику.

– Ты по какой канализации ползал? – спросила она, принюхиваясь.

– По зоопарку. Потом покажу.

Я повел их в круглый зал, где, огороженный железной решеткой, косо стоял черный овальный вытянутый камень, формой похожий на огурец. Поверхность его, насколько можно было видеть, покрывало множество крошечных каверн. Потом я подвел их к столу.

– Это тебе, – сказал я и подал первый автомат Джору. – Это тебе, это тебе, а это мне. Все умеем обращаться?

– Ба… – сказал Джор и закашлялся. – Это откуда?

– Подарок. Так что насчет пострелять?

– Я умею, – сказала Патрик.

– Покажи, – сказал я. – Вон туда.

Немного неуклюже Патрик подсоединила магазин, передернула затвор, сдвинула предохранитель и прицелилась.

– Нормально, – сказал я. – Парни?

– Учили, – сказал Джор.

– А пистолетов нет? – спросил Артур.

– Есть. Дед Мороз был добр…

Я пустил ему по столу ремень с кобурой, в которой лежала «беретта». Ее носил начальник охраны.

– По пистолету у меня разряд, – пояснил Артур. – А автомат я так и не разъяснил себе.

Так автомат оказался у Аськи.

– А теперь пойдем разместим пленных, – сказал я.

Мы собрали связанных и впавших в оцепенение охранников, по одному снесли вниз и заперли в пустых клетках.

– Как ты это сделал? – спросил Артур.

– Словом, – сказал я. – «Солнце останавливали словом, словом разрушали города…» А тут – какие-то волки позорные.

– Скажешь, что за слово?

– Обязательно. А еще бы лучше запулить его в радиотрансляцию, она тут есть, я видел. И надо бы тут вообще все повнимательнее обыскать…

В караулке нашлась початая цинка патронов, десять пустых магазинов и два десятка свето-шумовых гранат – СШГ. С трудом, но отыскались и запалы для них.

Сеть трансляции наличествовала, но как в нее включиться без пульта и микрофона, мы так и не придумали. Зато в одном углу лежал мегафон – правда, без батареек.