Читаем Темные зеркала. Том второй полностью

Но сначала поговорим об эволюции. Прослеживая историю живых организмов, мы можем заметить, что изменения, происходящие при приспособлении к определенным условиям окружающей среды, не всегда оказывались результативными, и иногда приводили к гибели вида. Почему? Отвечу – изменения происходили в связи с накоплением генетических мутаций, не всегда обусловленных необходимостью. Такое впечатление, что природа пыталась изменить вид методом случайных вариаций, не обязательно необходимых. Что-то могло пригодиться, но многое просто вредило. Проходили миллионы лет, и ветви оказывались тупиковыми, тогда она просто исчезали, как, например, динозавры или неандерталец. Природе было наплевать, она располагала неограниченным временем и количеством видов. У нас же нет ни того, ни другого. Мы должны суметь провести эксперимент за небольшое количество времени и успеть получить интересующий нас результат. А материалом для нас послужит одна-единственная клетка – нейрон.

Я не встречался с Роз Витан с тех самых пор, как придурок Джим пытался выпить все горючее в доме. Это была давняя история, из которой помню лишь ночное бдение, запах бензина и торжественную отправку пациента в психбольницу. Вообще, все наши встречи с Роз были отравлены каким-нибудь происшествием, виновниками которых всегда оказывались ее сумасшедшие клиенты. Но, такова была Роз Витан – не желала она перемещаться по жизни в одиночку.

В этот раз, однако, я рассчитывал застать ее одну. И моим надеждам, как ни странно, суждено было осуществиться – сумасшедших в доме не оказалось, но не оказалось и Роз.

Сейчас, я пытаюсь размотать спутанный клубок мыслей, чтобы рассказ мой не казался чересчур сумбурным. Поэтому начну сначала.

Роз Витан, двадцативосьмилетняя очаровашка с кудряшками, приходилась мне дальней родней по линии матери. С самого детства мы бок о бок присутствовали на семейных торжествах, в молчании поглощая обильную трапезу. Но, вот Роз уезжала со своими родителями домой, а я оставался, и забывал о ней тут же, как только автомобиль скрывался за поворотом. С возрастом наши отношения не становились теплее. Но, по настоянию матери, я был вынужден навещать время от времени Роз и подкармливать ее пирожками домашнего изготовления. К этому времени она уже имела частную практику психолога и отнюдь не голодала. Но я нравился своим родным в роли Красной шапочки.

Сейчас я не могу сказать, была ли продуктовая повинность тяжким для меня бременем, но закончилась она как раз тогда – в день бенефиса Джима. С тех пор я не виделся с Роз. Тому уже три года. И особой печали по этому поводу не испытывал. И, неожиданное, возникшее вдруг, желание ее увидеть, я не мог отнести за счет своей сентиментальности. Это пришло исподволь во сне. Оне изволили мне присниться. И в момент пробуждения я вдруг ясно услышал таинственный голос, сообщавший, что родственники снятся обычно либо отходя в мир иной, либо в особо кризисные ситуации своей жизни. Голос этот звучал убедительно, и я внял его предупреждению. В самом деле, я не видел ее три года. Ну, что стоит хоть раз пойти на поводу собственного каприза. Кофе на свежем воздухе, дым сигареты поднимающийся к луне... Разговоры о минувших днях.

Поэтому, движимый внезапно возникшими родственными чувствами, и не желая нарушать сложившуюся традицию, я накупил пирожков, приложил к ним упаковку сливочного масла и отправился в путь. Но, к моменту моего прибытия волк уже успел слопать бабушку.