Читаем Темные искусства полностью

— Инспектор Макгрей, поправьте меня, если я ошибаюсь. Вы ведь частый клиент этой леди, больше известной под именем «мадам Катерина».

— Угу… Пратт.

— Сколько лет вы?…

— А как это к делу относится, ты… — Ему пришлось прикусить губу, чтобы сдержать рвавшийся наружу поток ругательств.

Пратт упивался происходящим. Его золотой зуб блеснул в оконном свете.

— Будучи ее другом, вы проявили большую любезность, отыскав других подозреваемых, дабы эта леди…

— Этот ублюдок с загребущими руками рыскал на месте преступления! — взревел Макгрей так, что его голос эхом прокатился по всему залу. Пратт отскочил подальше. — Он спер украшение, которое было на одной из жертв! Бог знает, что еще он там успел наворотить!

Шериф Блайт врезал ладонью по скамье.

— Инспектор! Довольно. Ваша точка зрения ясна. Не превращайте этот суд в торжище.

Макгрей пылал негодованием, но ему хватило ума взять себя в руки. Он сел и не стал отвечать.

— И прокурору я тоже предлагаю заняться делом, — сказал Блайт. — Полагаю, вы хотели допросить обвиняемую персону.

— Которую из них? — съязвил Макгрей, и Блайт метнул в него взор, от которого тот умолк.

— Мисс Драгня, — сказал Пратт, и Катерину снова вывели вперед. — Для чего вы встретились той ночью с шестью погибшими? — перешел он в атаку, не теряя время.

— Это всем известно. Меня попросили провести спиритический сеанс.

— Ясно. — Он повернулся к присяжным. — Разумеется, это безобидный досуг. Только… если его не проводит плохой человек. — Развернувшись лицом к Катерине, он заговорил тише и довольно зловещим тоном. — Я узнал от миссис Кобболд кое-какие пугающие факты, и мне хотелось бы обсудить их с вами. Правда ли… что вы попросили всех жертв пустить себе кровь перед вашим… обрядом?

В зале послышались испуганные вздохи.

Катерина посмотрела ему в глаза.

— Это не я их попросила. Таково было требование.

— Требование? — повторил Пратт. — Чье? Духов?

Макгрей напряг кулаки, и я вцепился в его плечо.

— Да, — сказала Катерина.

— Каких именно духов?

Катерина сглотнула.

— Мисс Леонора сказала мне, что они хотели пообщаться с ее бабушкой.

— С покойной миссис Шоу. Бабушкой и женой. То есть вы утверждаете, что эта мертвая женщина велела вам…

— Да не «велела» она! — зашипела Катерина, но затем овладела собой.

— Я просто пытаюсь понять, — продолжил Пратт издевательски безобидным тоном. — С чего бабушке…

— Она их ненавидела, — выпалила Катерина. Я прикрыл глаза рукой.

Пратт заговорил так, будто перед ним было малое дитя.

— Она их ненавидела… То есть она жаждала крови собственных родных?

— Да, — огрызнулась Катерина. Я заметил, что в глазах у нее стояли злые слезы.

Пратт наконец-то отошел от нее, но в рукаве у него оставался еще один козырь.

— Мисс Леонора сказала своей тете, миссис Кобболд, что для этого подношения им нужно было воспользоваться особенным ножом… — Катерина прижала руку к груди, когда услышала эти слова. — Ножом, который предоставили им вы, мадам. Это так?

У Катерины затряслись руки. Я думал, что она сейчас лишится чувств.

— Да.

Едва она это произнесла, как зал взорвался потрясенными криками и аханьем. Она взглянула в нашу сторону, бледная как привидение. Так вот что она от нас утаила!

— Почему они должны были воспользоваться именно вашим ножом? — спросил у нее Пратт. — Почему не одним из своих?

— Клинок должен был быть очищен, чтобы подношение сгодилось для сеанса. Дух был зол! Поэтому я и сказала им, что все слуги должны уйти! В доме должны были остаться только мы. Я не хотела, чтобы пострадала еще чья-нибудь душа!

Ладонь сползла у меня с бровей на рот. Я представил, как бросаюсь к ней, тяну ее за юбки и причитаю: «Умоляю вас, ради всего святого, закройте уже свой рот!»

И тут к нам подошел Пратт.

— Инспекторы, я полагаю, вы произвели на месте тщательный обыск. Вы нашли подобный нож?

Макгрей готов был выпотрошить его на этом самом месте.

— Угу.

— Инспектор Фрей, — слегка улыбнувшись, сказал Пратт, — всего несколько минут назад вы не удосужились упомянуть об этом ноже.

— Я не… — Я хотел было сказать, что не знал о том, что нож принадлежал Катерине, но тогда вскрылось бы, что она нам солгала. Но мне чудом удалось вовремя придумать отговорку. — Я не упомянул о нем, ибо ничто не указывает, что это существенная улика. Сейчас нож изучают. Как я сказал ранее, ваша честь, было бы куда полезнее, если бы мы…

— Вы уже изложили свою точку зрения, инспектор, — сказал шериф. — Вы тоже, мистер Пратт. Присяжные узнали о существовании ножа, и сейчас этого вполне достаточно. — Он красноречиво на нас взглянул. — В последний раз напоминаю вам, инспекторы, что вы обязаны сообщать суду обо всех своих находках вне зависимости от вашего мнения на их счет… Иначе вам будет предъявлено обвинение в лжесвидетельстве и препятствовании правосудию.