Читаем Темное Крыло полностью

— Не согласен с вами, адмирал Мак-Мастере. Можно сказать, что Марэ действовал не так, как подобает офицеру, и может быть смещен со своего поста.

— Правда? — Мак-Мастере недоверчиво поднял бровь. — И кем же Его Величество предполагает его заменить?

— Вами.

— Мной? — Мак-Мастере подался вперед. — Это несерьезно.

— А почему бы и нет? — На лице премьер-министра появилась натянутая улыбка. Он привык играть на струнах власти и не сомневался, что Мак-Мастерсом будет легко манипулировать. — Мой дорогой адмирал, вы прошли долгий и трудный путь к своему нынешнему положению. При дворе у вас гораздо больше друзей, чем вы предполагаете.

— Значит, у адмирала Марэ гораздо больше врагов.

— Это две стороны одной медали, разве не так? Император очень доволен победами при Л'альЧан, Р'х'чна'а и С'рчне'е и хочет завершить эту кампанию. А адмирал Марэ, похоже, не намерен действовать в соответствии с волей Его Величества. Отстранение Марэ от командования и замена его вами не будет проблемой.

Премьер-министр замолчал. Мак-Мастере долго не нарушал воцарившуюся в комнате тишину и по прошествии нескольких минут наконец заговорил:

— Ваше превосходительство, профессиональная этика не позволяет мне сказать напрямую все, что я думаю об этом предложении. Несмотря на мое личное отношение к адмиралу Марэ, я не стану содействовать его смещению. И почтительно прошу вас передать моим «друзьям» при дворе, что я не пойду на это.

Он взял и надел свою фуражку.

— Если вы пригласили меня сюда только за тем, чтобы сделать это предложение, тогда, по-видимому, наш разговор окончен, ваше превосходительство.

Поднявшись с кресла, МакМастерс направился к двери кабинета.

Премьер-министр, сохраняя невозмутимый вид, проводил Мак-Мастерса взглядом.

— Адмирал, хочу напомнить вам, что есть и другие достойные офицеры.

Остановившийся возле самой двери, Мак-Мастере обернулся.

— Думаю, что так, сэр. Но адмирал Марэ и его флот находятся в ста тридцати парсеках отсюда.

— Что вы имеете в виду?

— Все очень просто, ваше превосходительство. Император поступил весьма мудро, назначив Марэ командующим флотом. Кроме того, Его Величество направил флот к окраинам Империи и наделил адмирала Марэ достаточной властью, чтобы он вел войну так, как считает нужным.

— Что же вы в таком случае предлагаете? Мак-Мастере горько улыбнулся в ответ.

— Я, ваше превосходительство, ничего не предлагаю, но вы предложите императору перечитать книгу Марэ и на этот раз поверить тому, что там написано. Скоро все это станет реальностью.

Он открыл дверь.

— Всего доброго, ваше превосходительство.

Эхо шагов Мак-Мастерса еще не стихло, когда из алькова, находившегося в глубине комнаты, появился все тот же лакей и подошел к эркеру. Он осторожно сдвинул портьеру, словно наблюдая за чем-то на берегу, затем обернулся к премьер-министру. На его лице появилось подобие улыбки.

— Почти как в мелодраме, — сказал он.

— Вы все слышали?

— Не только слышал. — Он подошел к одному из кресел и сел в него. Потом, дотронувшись до мочки своего уха, указал на маленькую серьгу в форме звездочки. — Здесь все записано.

— Неужели? — Премьер-министр удивленно поднял бровь и сложил руки на груди. — Ну, и что вы об этом думаете?

— Что думаю? — Лакей поставил ноги на подушечку возле кресла, скрестил их и удобно откинулся на спинку. — Я думаю, вы получили очень серьезные неприятности.

— Черт побери, вы знаете, о чем я спрашиваю!

— Что я думаю о Мак-Мастерсе? Вообще-то, моему мнению не следует доверять, до тех пор пока я, — он снова прикоснулся к своему уху, — все это как следует не проанализирую, но…

— Но?

— Я не думаю, что он блефует. Он удивил меня не меньше, чем вас. Ведь я тоже не предполагал, что он станет защищать Марэ. Мы надеялись, что он подпрыгнет от радости, когда ему предложат заменить этого родовитого выскочку. Особенно если вспомнить, что Его Императорское Величество не доверил ему пост командующего. Его служебное досье однозначно указывало на…

— Послушайте, Смит, или как вас там, — нетерпеливо прервал его премьер-министр. — Вы уверяли меня, что он будет уступчив. Насколько я помню, Агентство не употребляло слов наподобие «предсказывать», «предполагать» и так далее. Вы…

— Я, черт побери, ни в чем не уверял вас! — Лакей резко поднялся с кресла и встал напротив премьер-министра, в один миг избавившись и от мины ленивого безразличия, и от роли лакея. — Агентство так же не давало вам никаких гарантий. Мы считали, что на такое предложение он откликнется положительно. Если он не поступил так, то это скорее результат вашего неумения вести беседу, чем наших ошибок.

— Я… — Министр отвернулся в сторону, с трудом сдерживая гнев, но тут же опять обратился лицом к агенту; его голос дрожал от ярости. — И вы смеете обвинять меня в неумении вести беседу? Да вы за это головой поплатитесь!

— О, я так не думаю. Скорее, Его Величество захочет распрощаться с вашей головой, — Он улыбнулся и направился к алькову, откуда несколько минут назад и появился. — Прощайте, господин премьер-министр.

Он исчез.