Читаем Темное Крыло полностью

Сергей сел за письменный стол, откинувшись на спинку кресла и позволив ей адаптироваться к его позе, и взял приглашение в руки. «Офицеры «Ланкастера» выражают свое уважение коммодору Торрихосу…» При обращении к капитану корабля следовало бы написать: «Младшие офицеры «Ланкастера» выражают свое уважение к капитану…». Конечно, при этом надо было иметь в виду, что его ответственность распространялась далеко за пределы корабля. Им потребовались недели, чтобы найти достойный повод для его приглашения в кают-компанию: обычно такие встречи происходят во время первого космического прыжка. Возможно, они считали, что до этого он был слишком занят. Что ж, теперь такой повод был найден: боевые офицеры с других кораблей уже давно искали возможность познакомиться с самым достойным капитаном эскадры, и «Ланкастер», хотя и был адмиральским и коммодорским флагманом, впервые удостоился такой чести.

Сергей положил приглашение на стол и бросил полотенце в сторону бельевой корзины. «Высокий чин дает свои привилегии», — усмехнувшись, подумал он: заступивший на вахту дневальный в отсутствие коммодора приведет его каюту в порядок. Подойдя к шкафу, он достал новый комплект форменной одежды и, стоя перед зеркалом, принялся одеваться, одновременно думая о предстоящем вечере.

Из всех традиций, существовавших на флоте (а их можно насчитать великое множество!), собрания в кают-компании были самой приятной. В эпоху морского флота на Земле капитан имел свою собственную каюту и свои привилегии. Другие офицеры личной каютой зачастую не располагали, и у них не было места, чтобы позаниматься, отдохнуть или развлечься. На космических кораблях первого поколения, с их огромными и неэффективными двигателями, отсеки были малы и переполнены. Все офицеры, за исключением капитана, спали «щекой к щеке» вместе со всей командой. Однако привилегии офицерской кают-компании ревностно оберегались.

С течением времени все изменилось. Оснащение кают-компании, даже на борту такого военного звездолета, как «Ланкастер», становилось заметным событием в жизни всего корабля, его офицеров и особенно капитана. Наиболее состоятельные командиры даже платили за это из своего собственного кармана. Сергею и его непосредственному предшественнику, Теду Мак-Мастерсу, удалось воспользоваться тем немалым «наследством», которое им оставил первый капитан нового «Ланкастера», сэр Малколм Рединг. Как уже говорилось, у сэра Малколма был один из лучших столов на всем флоте, а Тед и позднее Сергей сделали все, чтобы поддержать эту репутацию. Во время первого похода Сергея в кают-компании был устроен торжественный обед для адмирала Буланже. Сергей был просто ошарашен этой церемонией, и даже Тед Мак-Мастере выглядел озабоченным и нервозным. Впоследствии Сергей, конечно, понял, что, произведя благоприятное впечатление на влиятельного адмирала, «Ланкастер» стал одним из самых заметных кораблей флота. На этом примере он впервые убедился, какую важную политическую подоплеку таят в себе застолья в кают-компании.

Вспомнив об этом, он подумал, не было ли и в готовящемся торжестве какого-либо неизвестного ему подтекста. Конечно, такой вечер давал возможность встретиться со старшими офицерами «Гагарина» — Элайн Белл, Лу Корнийо и Энн Маркое — на «нейтральной» территории. Но, возможно, за всем этим скрывалось и еще что-то, на что ему следовало бы обратить особое внимание.

Стараясь не забивать себе голову этими мыслями, он облачился в парадную форму и теперь полностью соответствовал своему званию коммодора флота. Задержавшись на мгновение у зеркала, он окинул себя взглядом, словно готовился к строевому смотру — стряхнул пылинку с правого рукава, поправил форменную блузу. Седина в его волосах становилась все заметнее, но это не слишком его волновало, а наметившиеся морщинки вокруг глаз больше указывали на пережитые трудности, чем на возраст. Прихватив фуражку, Сергей вышел из каюты.

«С тех пор пройден немалый путь, — напомнил он себе. — С тех пор, когда меня могли поразить подобные торжества, прошли годы». Но, говоря откровенно, все эти церемонии по-прежнему производили на него впечатление. Глядя на суетящихся младших офицеров, он поневоле задумывался над тем, как много времени он провел здесь, на борту этого лучшего корабля на всем флоте Его Величества.