Читаем Темная роза полностью

– Скучно, как и следовало ожидать, – ответила Маргарет, состроив гримасу. После пяти лет замужества она наконец-то забеременела и стала капризной и раздражительной. – После одного богатого вдовца выйти замуж за другого! Лорд Лэтимер такой же седой и высохший старик, как и лорд Боро, и ведь это ее собственный выбор, так как ее мать умерла. Не могу себе представить, что она в нем нашла, – благодаря завещанию лорда Боро она так богата, что могла выбирать кого угодно.

– Но он – Невилл, – заметила Нанетта, – Джон Невилл, ее кузен. Он часто бывал в доме, когда мы жили вместе, и полагаю, она испытывает к нему самые добрые чувства. Насколько я помню, он довольно добрый человек.

– Добрый муж – это не так уж плохо, – согласилась Елизавета. Нанетта взглянула на нее, но та уставилась в шитье, так что было неясно, кому адресовано это замечание.

Елизавета готовилась родить седьмого ребенка, а двух ее младших сыновей унесла чума два года назад, в 1528 году. Бедняжка выглядела совершенно беспомощной из-за огромного живота и отекшего лица и рук – она страдала водянкой, – но выражение ее лица было доброжелательно и спокойно, как обычно. Интересно, неужели она и в самом деле не знала, что ее муж прославился как распутник на весь Йорк?

– Она вдовствовала не больше шести месяцев, – продолжала Маргарет, не обращая внимания на спокойное замечание Елизаветы. – Если бы не возраст обеих мужей, можно было бы предположить, что для такой поспешности есть какая-то причина. Но мне кажется, Кэтрин Парр беременность не грозит. Если она каждые четыре года будет выходить замуж за стариков, то скоро станет самой богатой вдовой страны.

– Некрасиво так говорить, Маргарет, – пожурила ее Нанетта.

– Не более чем оказаться мачехой куче народу, каждый из которых старше тебя, – гнула свою линию. Маргарет.

Нанетта внутренне содрогнулась, представив себе, что не столь давно она могла бы оказаться в том же положении.

– Кэтрин Лэтимер моя подруга, и я не могу тебе позволить так отзываться о ней, – твердо заявила Нанетта.

Маргарет кисло улыбнулась.

– Не такая уж подруга, раз она не пригласила тебя на свадьбу.

– Мне это тоже показалось странным, – обронила Елизавета, – пригласить Эмиаса, меня и Джеймса, Маргарет – но не пригласить тебя!

Нанетта пожала плечами – привычка, которую она заимствовала у Анны.

– Я полагаю, дело в той славе, которая сопровождает всех, кто принадлежит ко двору леди Анны Рочфорд.

– Говорят, что король удостоил сэра Томаса Болейна титулом графа Уилтширского в обмен на услуги его дочери, – добавила Елизавета.

– Но это же неправда, – возмутилась Нанетта, откладывая иглу. – Мне постоянно приходится вбивать людям в голову, что она – не любовница короля. И здесь, вдали от Лондона, слухам верят больше, чем правде. Эти слухи распускает королева, которая убеждена, что Анна – такая же штучка, как и Мэри Болейн или Елизавета Блант, сколько бы король ни убеждал ее в обратном. Она такая упрямая, – с горечью закончила Нанетта.

– И у нее есть на это право, – заявила Елизавета.

– Неужели? – отозвалась Нанетта. – Интересно. Она часто говорит королю о чувстве долга, но ничего не говорит о своем собственном долге – она оказалась неспособной обеспечить королевство наследником, а отказавшись удалиться в монастырь, она создала опасную ситуацию для наследования. Королева рассуждает о долге и добродетели, а на самом деле ее съедает гордыня и эгоистичное упрямство.

– Но, может быть, она просто любит короля, – предположила Елизавета.

– Если бы она его любила, то признала бы свое поражение и удалилась бы в монастырь, – возразила Нанетта.

– Возможно, она не считает, что потерпела поражение. Она ведь поклялась перед кардиналом Кампеджио и самим папой, что ее брак с принцем Артуром был только на бумаге. Вряд ли она стала бы лгать столь важным особам.

– Нет, я не думаю, что она лгала, – нетерпеливо прервала ее Нанетта, – но она могла ошибаться. В любом случае, откуда мы знаем, какой брак Господь считает свершившимся? Очевидно, все, что у них было с принцем Артуром, Бог рассматривает как истинный брак. В противном случае он не лишил бы ее сыновей. И ее долг заключался в том, чтобы уступить дорогу той, кто сможет родить королю сыновей. Она просто омрачает лучшие годы жизни леди Анны.

– Кто бы мог подумать, – с какой-то злобой произнесла Маргарет, – что они столько времени будут ждать развода? Когда три года назад ты написала нам, что король собирается жениться на леди Анне, можно было подумать, что дело практически улажено.

– Но никто, даже кардинал Вулси, не верил, что папа откажет. Когда испанский император захватил его, никто не думал, что он может занять его сторону в конфликте, а теперь он отделывается всякими отговорками, не желая, с одной стороны, оскорблять короля, а с другой стороны, он еще сильнее боится императора. И, конечно, кардинал Вулси не торопит его, стараясь извлечь из этого свою выгоду. Как утверждает граф Саффолк, в Англии никогда не было весело, когда в ней был свой кардинал.

– Но ведь кардинал, кажется, в опале? – заметила Елизавета.