Читаем Темная планета полностью

Не знаю, что за странные процессы происходят у человека в мозгу, заставляя хранить в памяти триллионы терабайт воспоминаний и образов обо всем, что с тобой произошло за всю твою жизнь, но еще более удивительна способность извлекать из нейронов, необходимую информацию не затронув при этом остальные, менее важные данные. Когда ты спишь, твой разум беззащитен и полностью открыт перед внешним воздействием способным не только обучать, но и наполнять новыми знаниями, запоминаемыми лишь на уровне подсознания. Боль при контакте с ретранслятором дедров прекрасно объяснялась – невозможно усвоить за короткий промежуток времени массив информации, будучи в сознании, когда природные механизмы защиты мозга функционируют и всячески противятся проникновению в мозг. Почему так важно расшифровать послание оставленного нам вымершей расой, достигшей величия, но бесследно исчезнувшей в пучине времени и пространства? Разве те, кто покорил время, способны исчезнуть навсегда? Эти вопросы мне показались очень важными, но я никак не мог сконцентрироваться на них. В один из моментов я стал падать с огромной скоростью вниз и падал целую вечность, пока, наконец, не достиг дна и не разбился, словно стеклянный на миллион мельчайших осколков, каждый из которых был моим зеркальным отражением. Нужно было дотерпеть до станции Квантория и позволить во всем разобраться настоящим специалистам. Проклятье! Отчего же на душе становиться так пусто? Из головы продолжали улетучиваться воспоминания, даря взамен необычную легкость и апатию. Это и вправду можно было назвать приятной процедурой…

Я резко проснулся. Вскочил на ноги, когда в овальном проеме комнаты показался помощник генерала – маленького роста хлорианец с тонкими чертами лица и вежливыми манерами холуя. Довольный, что не пришлось меня будить, сделал жест рукой и посторонился в сторону, давая понять, что я свободен и могу выходить.

– Уже все? – зевнул я, ощупывая голову. – Сколько времени я проспал?

– Вы спали ровно четырнадцать часов. На сегодня все, господин Ато. Я не получал никаких инструкций в отношении Вас. Завтра продолжим процедуру.

– Не может быть, ведь я только прилег… – не на шутку удивился я.

– Глубинное сканирование подсознания, включает в себя ненасильственное проникновение в долговременную зону памяти. Делать это быстрее крайне нежелательно. У вас был глубокий сон без сновидений. Мы только подобрали ключ к подсознанию, а чтение самих данных я принял решение отложить на завтра, слишком велика вероятность нанесения вреда вашему мозгу. Сначала тревожные сны, а потом неизменный регресс нейронов…

– Как мило с вашей стороны, а генерал убеждал в обратном, что все безвредно и безопасно, – я с нескрываемым раздражением переступил порог зеркальной комнаты, спеша покинуть ее. – Насчет снов тут Вы не правы. Мне снилось, будто я стал стеклянным и разлетелся на тысячу осколков. Спасибо что хоть помню кто я и откуда. А где генерал?

– У него появились неотложные дела. Можете не волноваться о ночлеге. Я принял решение обустроить вас в гостинице ”Арсенал” что всего в трех кварталах отсюда. Если Вы соизволите переночевать в одной из наших казарм, генералу это очень польстит.

– Ну, уж нет! Я не собираюсь, льстит генералу. Всего хорошего.

И забрав из рук помощника временный пропуск и ключи от номера в Арсенале, по памяти выбрался из здания на плац, на котором сейчас никого не было. Посмотрев в ночное небо, я возблагодарил бога, за то, что тот избавил меня от душных и неуютных казематов подземелья. В небе ярко светили незнакомые созвездия, а далекая станция Квантория, называемая в народе Божественной луной привычно висела на прежнем месте, изредка исчезая за алой вуалью багрового сияния. На небе ни облачка. Зато наблюдалось необычное скопление газовых островов, с которых кажется, вылетали черные стаи наездников на зоранах. А уже через минуту тихая ночь столицы буквально взорвалась сиренами тревоги, грохотом зенитных орудий и ослепительными росчерками трассирующих пуль и электрических разрядов.

– Господин Ато! Может, вернетесь? – выкрикнул мне вслед из дверей Комендатуры помощник генерала. – На вашем месте я бы не бродил по улицам.