Читаем Танцовщица Тай полностью

Кил Кэдд важно расхаживал из угла в угол, окуривая щуплого солдатика с планшетом табачным дымом, от коего бы и матерого пирата разобрал кашель. Лицо субкомандора источало благодушие, как следствие достаточного сна и завтрака, а также довольства собой и миром. Кроме Кэдда и сержанта писаря в штабе присутствовала еще одна ранняя пташка-оберлейтенант Кау, прозываемый Отче, тот самый, который руководил операцией по спасению субкомандора.

Пупик браво гавкнул что-то типа "явились", Нэль от неожиданности шарахнулась, вызвав невольный смех всех бывших в палатке.

- Очень смешно...- проворчала Актриса без всякого почтения к чинам.-С добрым утречком.

- Здравствуй, здравствуй... Итак, задача-раздобыть коней. А также все причиндалы: седла, уздечки, что-то там еще такое... Сержант, выпишите оберлейтенанту расписку... Сколько это может стоить? Ты что-то сказала, Нэль?

- Я сказала-деньгами не возьмут.

- То есть?

- То есть, если не дураки они, то потребуют натурального обмена. Консервы, сахар... А может и снаряжение, тоже не исключено. Это цыгане. А мародеры, как вы изволили вчера выразиться, совершенно однозначно попросят в обмен оружие.

- Ты уверена?

- Командор, вы меня пригласили участвовать в этой сделке в качестве эксперта-консультанта по вопросам социальных низов. И как эксперт я вам советую именно на это и рассчитывать.

Кэдд нерешительно покивал и старательно засипел почти погасшей трубкой.

- Оружие исключается. Продукты... Лейтенант, позовите снабженца.

Пупик козырнул и поскакал исполнять.

- Так. Кау, как у тебя с амуницией?

- Плохо, субкомандор. Пара палаток, разве что. Еще могу предложить ящиков пять сухого горючего.

- Пять? Откуда такие излишки?-насторожился хозяйственный субкомандор.

- Этого добра у нас два грузовика, так ведь бензина нет. Будем уходить-все равно останется.

- Ясно... Этого мало, Нэль?

- Если оберлейтенант найдет в себе силы расстаться с парашютами...

Кау нахмурился.

- А в самом деле, Кау, зачем они вам?

- Как прикажете, субкомандор.

В палатку вошел заспанный снабженец, влекомый энергичным Пупиком, и с ходу доложил, что консервов он может предоставить сколько угодно, а вот крупы, сахара и чая в обрез, и не просите даже.

- Прекрасно. Таким образом... Кау, возьмите машину, заливайте оставшийся бензин, грузите все и поезжайте.

- Слушаюсь, субкомандор.

Нэль вышла из палатки вслед за десантником и поежилась на утреннем ветру.

- Кау, у вас в хозяйстве не найдется ли курточки какой завалящей для бедной девушки?-вкрадчиво спросила она.

- Найдется,- мрачно отрезал оберлейтенант.-Но парашюты я тебе не прощу, не надейся.

- Ладно, ладно. Будем отсюда пешочком уходить-оцените мой гений.

- Знаешь, в чем-то ты права... Ну что ж, пойдем в каптерку, оденем тебя, чтоб армию не позорить.

- Пойдемте, Кау, если дело только во мне, то армия от позора, считай, избавлена.

- Тебя послушаешь, и в пацифисты тянет. Будем, пожалуй, сдаваться. Я тебя лично в концлагерь провожу.

- Спасибо, дружище. Спасибо. Я растрогана.

Актриса шмыгнула носом и смахнула натуральную слезу. Оберлейтенант басовито заржал и унялся только у каптерки, где, пригорюнившись, сидела плоховыбритая личность, бережно баюкающая автомат.

- А-а, Отче...- просипела она и завозилась, делая попытки подняться.

- В чем дело, солдат?-строго осведомился Кау.

- Да зуб, понимаешь. Целый, сука, а болит,- пожаловался солдат.

- Серьезное дело... Ну-ка, Нэль, вот тебе шанс заработать свои шмотки. Заговори-ка ему зуб.

Нэль хмыкнула.

- Заговори... А ну, брось молотилку и сядь как следует!

Твердые пальцы Актрисы быстро ощупали колючую челюсть и здоровенную шею, прижимая активные точки. А потом, ухватив болящего за подбородок и за волосы на затылке, Нэль с хрустом развернула его голову влево, затем вправо. Выражение лица, проступившее из-под щетины после этой процедуры, заставило благоразумную Актрису проворно отскочить в сторону.

- Слушай, надо все-таки предупреждать,- сердито сказал пациент.-Въебал бы вот...

- Что зуб?-поинтересовался оберлейтенант, с интересом наблюдавший за этой сценой.

- А че-зуб? Ниче. Так-то всякий может,- насуплено клокотал солдат.

- Так не болит?-настаивал Кау.

Солдат подтвердил, что да, то есть нет, не болит. Кау набрал в легкие воздуха. Нэль своевременно заткнула уши. Смягченный таким образом голос командира напоминал глухой баритон бомбардировщика, заходящего на цель. По окончании захода, солдат выглядел вполне браво, стоял по стойке "смирно", и глядеть на него было-что на стенд наглядной агитации. Нэль отвернулась. Оберлейтенант со своей жертвой скрылись в недрах палатки. Вскоре оттуда послышался голос Кау, сердито осведомляющийся, желает ли она переодеваться на свежем воздухе, или, может быть, все-таки зайдет.

Выданные ей предметы одежды были порядком велики, но, подвернув рукава и брючины, а также проколов дырку в ремне, Нэль осталась более или менее довольна. Подходящей обуви не нашлось, чему Актриса только порадовалась.

Оберлейтенант внимательно осмотрел результат, чувственно причмокнул, выражая одобрение и отдал приказ трогаться в путь.