Он сонно заморгал глазами, пытаясь сфокусировать взгляд, глядя в направлении моего голоса. Поняв бесперспективность этого занятия, мужчина встал на карачки, и попытался ползти в мою сторону. Признаться, я уже не была уверена, что у него получится добраться до меня.

— Открой… свои… руки, — кое-как выговорил он.

Меня обдало неповторимой смесью запахов, перегара, чеснока и специй. Но я покорно открыла ему свои объятия. Рабыне не положено быть брезгливой. Мы должны довольствоваться тем, что есть. Все дело в цене, которую эти люди заплатили нашим владельцам. Все что нам остается, это служить им с энтузиазмом, умением и страстью. Они заплатили свои деньги, и должны получить наши услуги. А мы должны проследить, чтобы они эти услуги получили, найдя нас чудесными, служащими им с рвением и совершенством. И кстати, это вопрос не нашего желания и страсти, или отсутствия таковых, а фактически вопрос приспособления нашего желания и страсти. Безусловно, есть немало мужчин, которым нравиться брать женщину, ненавидящую их, или даже ненавидимую ими, и низводить ее до состояния задыхающейся умоляющей рабыни, просящей об их прикосновении, которое они могут предоставить ей, а могут и отказать, в зависимости от своего на то желания.

Наконец, мужчина дополз до меня и, покачиваясь, уселся передо мной. Не теряя времени даром, я обхватила его руками, с отчаянной благодарностью прижимаясь к нему. Я надеялась, даже в это время, даже при этих обстоятельствах, что смогла бы получить от него мгновение-другое облегчения. А вдруг люди моего владельца еще нескоро войдут в альков. А было бы еще лучше, если бы они решили, что им не нужен этот мужчину. Он был слишком пьян и слишком тяжел, чтобы я могла удержать его, и мне ничего не оставалось, как аккуратно придержав тело, позволить ему завалиться на меха. Он просто заснул. В этот момент обе панели бесшумно распахнулись.

— Отвали, шлюха, — сказал старший среди людей моего владельца.

Я покорно отползла назад к стене, наблюдая за тем, как мужское тело выносят из алькова.

— Я так погляжу, что сегодня вечером твои руки опять придется сковывать за спиной, — усмехнулся старший.

Всхлипнув, я опустила голову.

— Повернись спиной ко мне, с колен не вставать, — скомандовал он.

Я ожидала, что он накинет на мою талию цепь живота с рабскими браслетами на спине и замкнет ее спереди на тяжелый замок. Последние одиннадцать ночей мне пришлось носить такую цепь. Но, к моему удивлению, этого не произошло. Вместо этого мою талию опоясала пеньковая веревка, а затем мои скрещенные запястья, были стянуты за спиной этой же веревкой. То, что он делал, было необычно и непонятно. Мужчина отомкнул тяжелый ошейник, а затем, схватив за плечо рукой, грубо вздернул на ноги.

— Твой господин хочет тебя видеть, — наконец снизошел он до объяснений.

— Господин? — удивленно переспросила я.

— Помалкивай, — бросил мужчина.

— Да, Господин.

Глава 22

Вопросы

— Расставь колени шире, Тука, — приказал мой владелец, Тиррений из Аргентума, и я поспешно повиновалась.

Он, сидя на высоком стуле, молча разглядывал меня, стоявшую перед ним на коленях на круглом алом коврике. Мои руки все так же были связаны за спиной и притянуты к талии. Двое его мужчин, те самые, что участвовали во всех захватах, стояли подле него.

— Ты — Земная шлюха, не правда ли? — спросил Тиррений.

— Да, Господин, — ответила я. — Это так, я — женщина с Земли, которая была доставлена сюда и порабощена.

— Шлюха, — поправил он.

— Да, Господин, — не стала спорить я. — Я — шлюха с Земли, которая была доставлена сюда и порабощена.

Пожалуй, в некотором смысле, я была шлюхой уже на Земле. Само собой, я интересовалась мужчинами и всем что связано с сексом уже тогда, хотя и была застенчива и боялась и того и другого. Конечно, здесь на Горе, такого вопроса не существовало в принципе. Здесь я узнала, что была шлюхой и рабыней, привлекательной и возбуждающей.

— Расскажи-ка мне историю своей неволи, — приказал мой хозяин.

Признаться, я не поняла его интереса к моей истории. Но с другой стороны, раз он спросил, у него были на то какие-то свои причины. Он не казался мне человеком склонным к праздному любопытству. Кроме того, он был свободным мужчиной, который мне, рабыне, отдал приказание.

— Я была захвачена на Земле, — начала я, — и доставлена в ваш прекрасный мир, где и была порабощена. Я не знаю место, в котором я очутилась впервые, и где я была заклеймена и помещена в ошейник. Но как мне кажется это за морем.

— Кос, вероятно, — подсказал один из мужчин моего владельца.

— Возможно, — кивнул Тиррений.

— Оттуда я была продана оптовому работорговцу, располагавшемуся в торговом лагере вне стен Брундизиума, — продолжила я.

— Брундизиум, — повторил за мной один из мужчин моего владельца. — Тогда это точно Кос.

— Возможно, — не стал спорить мой владелец.