Читаем Танцовщица Гора полностью

— Ох, — вздохнула я, немедленно почувствовав горячую волну ревности к тем другим девушкам. — На Горе мы достаточно быстро учимся умолять об этом, не так ли?

— Это точно, — ухмыльнулся гореанин.

— Я здесь. Я у ваших ног. Я голая. Я в ошейнике. Я собственность. Я прошу использовать меня. Я не могу сделать ничего больше, — проговорила я, глядя ему в глаза.

Теперь мне оставалось только ждать. Что делать со мной дальше, решить было ему.

— Возможно, я мог бы отправить тебя в зал, — предположил Мирус.

— Только не сегодня вечером, — взмолилась я. — Используйте меня сами!

— Расписание можно и пересмотреть, — заметил он.

— Как будет угодно Господину, — с горечью в голосе сказала я, признавая, что, была во власти составленного им расписания.

— Конечно, я мог бы разогреть тебя для клиентов Хендоу, — словно размышляя вслух, проговорил мужчина.

— Разогреть меня? — усмехнулась я. — Да я уже пылаю!

— Ну да, если я пошлю тебя в зал сейчас, в твоем нынешнем состоянии, — кивнул он, — Ты, скорее всего, упадешь на живот перед первым же мужчиной, сандалии которого увидишь.

— Возможно, Господин, — не стала спорить я.

Конечно, если бы он оказался столь жесток, что отказал бы мне в своем прикосновении, то я, ведомая моими потребностями, сумела бы найти того кто не отказал бы мне в помощи. Но, в этом случае, это был бы уже не Мирус, конечно, кто воспользовался бы теми огнями, что пылали в моем животе. А именно для него они горели. Особенный мужчина ужасно важен для женщины. Он — часть того целого, что зажигает ее. Безусловно, рабыня настолько переполнена потребностями и страстью, что для нее будет не трудно увидеть красоту в любом мужчине. Однако если бы меня снова отправили в зал, даже в том состоянии, в котором я пребывала в тот момент, признаться, я не думаю, что упала бы на живот перед первым встречным мужчиной. Я все же пока была в состоянии контролировать себя настолько, чтобы осмотревшись, выбрать того, кто был бы самым подходящим, самым зажигающим для единства моих потребностей, и пасть ниц именно перед ним. Нет, я еще не была в настолько отчаянном состоянии, что была готова ползти на животе к первому же мужчине, что окажется в поле моего зрения. Тогда, я даже не понимала, что могла бы когда-нибудь дойти до столь отчаянного состояния, что стала бы делать именно это. Тогда я еще не верила в это. Позже, мне довелось узнать, насколько я была неправа.

— Однако, если бы Ты сделала это, — продолжил Мирус, — это не пошло бы на пользу нашему делу, скажем так, не вписалось бы в новый имидж таверны, раз уж мы улучшили обстановку в зале, выдали рабские шелка девушкам и сделали много чего еще.

— Ох? — удивленно вздохнула я.

— Мы не хотели бы, чтобы посетители думали, что рабыни пага-таверны Хендоу излишне уступчивы, — пояснил он.

— Разве такое возможно? — озадаченно посмотрела я на него.

— Клиенты должны постараться, чтобы добиться своего, — сказал Мирус.

— Добиться рабыни? — пораженно переспросила я.

Еще несколько мгновений назад, я скорее предположила бы, что меня ужасно накажут за подобное. Мы должны нетерпеливо мчаться к мужчине по самому минимальному проявлению его желания. Мы могли быть «получены» просто по щелчку его пальцев.

— Просто некоторые мужчины хотели бы думать, что девушки, по крайней мере, смотрели бы на него прежде, чем броситься на живот к его ногам.

— Теперь понимаю, — кивнула я.

— Конечно, он по-прежнему может просто выбрать ту, которая понравится ему, возбудит его желание, и, подозвав ее к своему столу, просто скомандовать ей.

— Конечно, Господин, — признала я.

— Но Ты кажешься озадаченной, — заметил Мирус.

— Как же на самом деле, мы сможем сыграть для них недоступность, чтобы добиться такого эффекта? — спросила я.

— Например, сначала удостовериться, что он заплатил за свой напиток, — подсказал он.

— Ага, понятно, — улыбнулась я. — Господин состязается с рабыней.