– Алия, ты тоже сходи, я побуду тут одна. – Я махнула рукой сестре и увидела вздох облегчения. – Если София придет в себя раньше, я сразу же вас всех найду!

Сестры ушли, а я продолжила сидеть, разглядывая свои бледные руки. Ветер завывал за окном дикую, неистовую песню, швыряя комья пепла в витражные стекла.

Дверь распахнулась, и я вздрогнула, когда увидела бледного Люцифера. Он стоял в проходе, привалившись плечом к косяку.

– Уходи, Тень. – Он устало махнул мне рукой. – Уходи.

Я старалась не замечать неприятное чувство, огненной лавой разливавшееся в груди.

– Я хочу увидеть Софию, – с нажимом проговорила я, делая шаг вперед.

Люцифер прикрыл веки.

– С чего ты взяла, что всегда должна получать желаемое?

– Это не такая уж и невыполнимая просьба! – начала закипать я и осеклась, когда порыв ветра сильнее распахнул дверь и я увидела свою сестру.

Мертвую сестру.

Глава 46. Люцифер

Тоун в человеческом обличии завис под сводом пещеры. Закинув руки за голову, словно отдыхая на летнем пляже, он задумчиво напевал какую-то старинную песенку. Люцифер стоял внизу, в ожидании скрестив руки на груди. Его работа была выполнена, и он хотел получить дальнейшие указания.

– Девочка здесь? – без особого интереса спросил Тоун, и Люцифер кивнул. Хоть Тоун и не смотрел на него сейчас, он прекрасно видел и без этого.

– Были проблемы в Вельссаре?

– Нет.

– Ей передался Свет Мариссы?

– В полной мере.

С раскатистым смехом, словно карканье ворона, Тоун сгустился в истинную Тьму и ринулся вниз, разбиваясь о серый камень и снова обращаясь в человека. Такие выходки уже давно были привычны, и Люцифер даже бровью не повел.

– Эта девочка слишком много значит для меня, Люцифер, – прошелестел голос Тоуна с разных сторон. – Ее Свет – путь к моей свободе и твоей мести.

Люцифер кивнул.

– Когда потерянный Свет вернется ко мне, мир перестанет существовать таким, каким ты видишь его сейчас. Я смогу уничтожить Завесу и каждого Светлого, который попадется на моем пути. В мире будет править лишь одна раса – Деасы.

То, что Тоун сможет без труда исполнить обещания, для Люцифера новостью не было. Обращаясь в сгусток истинной Тьмы, Тоун мог одним прикосновением вобрать в себя весь Свет, оставляя в человеке лишь Тьму.

– Как долго ждать накопления силы в девчонке? – спросил Люцифер.

Тоун некоторое время молчал, что-то прикидывая и цокая языком, если эти мысли его не устраивали. Люцифер преданно ждал.

– Создай голема из глины и Тьмы в облике девчонки, пусть он всегда находится рядом с дочерью Мариссы, следит за ней, оберегает и любую информацию передает тебе. Но и ты должен всегда быть недалеко, поддерживая голема своей энергией, иначе ей не выжить.

– Почему Тень не может жить здесь, во дворце? – Мысль о том, что залог их освобождения будет находиться так далеко в Обители, вызывала у Люцифера недоумение.

– Ты уже дал ей имя? – усмехнулся Тоун. – Весьма необычное, но отражающее ее суть. Насчет Обители… Ее Свет должен расти. Завеса только помешает становлению энергии, будет напитывать ее и не давать развиваться самой.

Тоун рассмеялся с гортанным хрипом, блики от освещавшего кристалла рисовали на его лице замысловатые тени, отчего оно было похоже на облезший череп.

– А теперь иди. У нас много работы.

Люцифер соврал, когда сказал, что проблем в Вельссаре не было. Комнату дочери Мариссы он нашел без проблем с помощью ведущего кристалла, созданного Тоуном и наполненного Светом, он должен был привести к аналогичному носителю той же энергии. Носителей было два: Марисса и ее новорожденная дочь. Однако Люцифер был крайне удивлен, когда в покоях вместо одного младенца обнаружил двух, лежавших в одной просторной колыбели и завернутых в мягкие покрывала.

– Какого?… – выругался он, поднося кристалл к каждой из них. Он срабатывал одинаково, указывая на то, что оба младенца являются носителями Света.

– Возможно, истинный Свет от одной передается другой, – нахмурился Люцифер. – Или этот чертов кристалл сломан!

Принц спрятал кристалл в карман и взял из теплой колыбели двух светловолосых девочек. За дверью послышались женские голоса и легкие шаги, приближающиеся к детской спальне. Люцифер замер, прислушиваясь, готовый в любое время открыть Темное пространство и скрыться в нем.

– Нужно проверить, а то вдруг проснулись, а мы и не услышали с тобой, Марисса! – прозвучал звонкий голос.

– Так хорошо с тобой, Одри, заходила бы почаще с дочкой, так вырастут девочки, подругами станут.

Дверная ручка уже совершила оборот, как Люцифер открыл пространство, исчезая.

В Темных землях морок спал, и кристалл распознал в одной из малышек истинную Светлую. Одна действительно была дочерью Мариссы, но насчет второй у Деаса закрадывались сомнения: девочка в таком раннем возрасте уже обладала высоким уровнем энергии. Даже кристалл мог ошибиться. Поэтому Люцифер не нашел ничего лучше, чем отправить в Обитель обоих младенцев и следить за ними, пока им не исполнится по двадцать лет.

– У девочек есть имена, господин? – спросила Люцифера трясущаяся от страха Никербокер, наставница Темной Обители, принимая из рук два свертка.