Читаем Танец с зеркалом полностью

– Кто-то пакостит, – мрачно заявил Фрейрин, начальник службы безопасности, неожиданно появляясь рядом и идя сразу в быстром, размашистом темпе Дурина. – Кто-то из своих.

– Это твоя работа, – сварливо заметил главный архитектор. – Найди и накажи. Сотня лет в каменоломнях пойдет на пользу любому вредителю.

Фрейрин исчез так же, как и появился. И чего лез? Непонятно. Едва войдя в первую залу, Дурин взмахнул рукой, словно отгоняя муху.

Гомонящая толпа рассеялась, осталось пять гномов – помощник генподрядчика, двое старших прорабов, смутно знакомый тип со старомодно завитой в шесть косиц бородой и личная помощница Дурина, Урсула. Молодая стодвадцатилетняя гномка, с которой его познакомил когда-то начальник охраны – рыжая и яркая, как солнце, если смотреть на него, когда только вышел из пещеры. Среди гномов это редкость, и если уж встречаются такие «солнышки» – обычно, стервозные, хоть вон беги. Но Урсула-другая…

– А ты здесь зачем? – нахмурился главный архитектор, взглянув на «типа».

– Защитное заклятие, – проскрипел тот. – Дорого не возьму, меня устроят платина или алмазы.

Тут же вспомнились подозрения Фрейрина. Гневное письмо короля о недопустимости срыва сроков. Недавнее совещание с руководителями стройки. Дурин ненавидел заниматься чем-то, что не относилось к его любимым дворцам и залам напрямую, но в данном случае просто отмахнуться было нельзя.

Мага пригласил генподрядчик – невзирая на витавшие вокруг того странные слухи. Якобы он объехал весь мир и, страшно сказать, – даже плавал на громадной лодке под парусом по океану. А ведь это неприлично! Для любого гнома это хуже, чем сломать любимое кайло, доставшееся от прадеда. Еще шептались, что маг водится с полуросликами, людьми, гоблинами и, не исключено, – с эльфами! Но это уж совсем вряд ли. За работу он требовал немало, но в отличие от остальных соискателей давал гарантию.

– Будет тебе плата, если обеспечишь безопасность строительства.

– Согласен, – кивнул тот.

– Как тебя зовут?

– Гамиль.

– Доброе имя, – заканчивая учтивую фразу, Дурин уже забыл прозвание мага. – А теперь слушайте меня! У нас есть четыре дня на то, чтобы все закончить. К празднику Осеннего Равноденствия все должно быть готово.

Старшие прорабы заворчали, помощник генподрядчика усмехнулся в густую бороду. Четыре дня – это очень, очень мало. Но Дурин знал, что делал, когда говорил о сроках. Во-первых, они были реальными. Во-вторых, король хотел на праздник объявить о том, что все завершено.

– Проценты, господа, проценты! – рявкнул главный архитектор. – Вы, может быть, забыли? Зарплата – это хорошо, но процент от экономии на своих участках вы получите только по завершении строительства!

Он знал, на что давить. Деньги все получали за смены, а ускорение строительства означало экономию – и каждый руководитель был финансово заинтересован в том, чтобы как можно быстрее сдать свой участок. Рассчитанную на пятьсот лет стройку сдавали в сто пятьдесят лет: деньги здесь крутились весьма немалые, и даже четверть процента означала безбедную старость для рядового прораба.

Дурин пружинистой походкой направился к порталам. Урсула, успевшая уже подписать контракт с магом, нагнала их у самой площадки, огороженной невысоким поребриком. Завтра или послезавтра здесь натянут плотные полотнища с цветами родов, чтобы было легко найти портал в нужное место. А сегодня приходилось ориентироваться по памяти – на которую, кстати, главный архитектор вовсе не жаловался.

– Это грузовой портал, – с легким сомнением отметил помощник генподрядчика.

– Я знаю, – кивнул Дурин и на мгновение прикрыл глаза, сосредотачиваясь. А в следующий миг они стояли в подсобном помещении глубоко под осенней резиденцией короля. Край пледа главного архитектора, специально вставшего в дальнем углу портала перед перемещением, чуть дымился. – Кто калибровал портал?

– Я разберусь, – помощник генподрядчика изрядно побледнел.

– Уж будь любезен, – грозно нахмурил брови Дурин.

Следующие несколько часов прошли в непрерывных хлопотах и проверках. Одни гномы сменяли других, порталы перекидывали по залам и дворцам, пару раз главному архитектору даже пришлось перейти на крик – но без злости, а так, чтобы не расслаблялись. Все было хорошо, недочеты стремительно устранялись как по мановению волшебного жезла.

Обедать они с Урсулой отправились в его кабинет. На первое был суп из язычков летучих мышей, на второе – колбаски из вепря и тушеные в масле грибы.

Покончив с трапезой, гномка озорно взглянула на Дурина – и тот не нашел в себе сил отказаться от легкой разминки в середине рабочего дня. Принимая ее на работу, он не искал любовницу. Но помощница, в первые годы крайне скромная, как-то раз спросила: не пора ли уже скинуть пледы? И архитектор взглянул на нее совсем по-другому.

Иногда он думал, что бы сделал, если бы рыжая Урсула была не так красива. И приходил к выходу, что все равно ответил бы на ее страсть. Просто потому, что был уже женат на работе, а природа требовала.

А красота оказалась просто бонусом. Дурин признавал – бонусом весьма приятным.