Читаем Танец с принцем фейри полностью

Я осторожно, словно младенца, беру у него лютню и мягко сжимаю гриф. Инструмент заслуживает заботливого обращения. И пусть эта даже вполовину не так хороша, как мамина, но сработана довольно искусно.

– Что ты потребовал у нее взамен? – зловеще нависает над Рафом Дэвиен.

– Всего лишь песню, и все условия оставил на ее усмотрение! – Раф поднимает руки и отступает ко мне. Я защитным жестом кладу ладонь ему на плечо и бросаю взгляд на Дэвиена.

– Я с осторожностью давала обещание.

– А ты достал ее честным путем? – спрашивает Шей.

– Или дяде Джайлсу придется вытаскивать тебя из беды? – Похоже, Джайлса немного вдохновляет подобная перспектива.

– Я все сделал как надо, – защищается Раф. Не слишком-то ясный ответ. И я ухмыляюсь.

Хочется верить, что он не украл любню. Но в любом случае я не собираюсь ее возвращать, хоть немного не поиграв. Перекинув ремень через плечо, я перебираю пальцами струны, настраивая инструмент.

– Вы будете выступать сейчас?

Я бросаю взгляд через плечо на помост, где играют музыканты.

– Не хочу им мешать.

– Здесь как в таверне, – поясняет Раф. – Любой может подняться и играть.

– Но там и так полно народу…

Стоит представить, что я выступаю перед всей этой публикой, и меня начинает подташнивать. С другой стороны, мне вновь не терпится подняться с лютней на сцену.

– Думаю, тебе нужно пойти. – Глубокий голос Дэвиена с легкостью разбивает все мои сомнения. – Я бы с удовольствием вновь послушал, как ты играешь. Тем более теперь, когда смогу смотреть на твое лицо, а не только на затылок.

И как отказать в такой просьбе?

– Сколько раз ты слушал меня в лесу?

Он одаривает меня нежнейшей улыбкой.

– Довольно много. И знаю, что ты играешь лучше половины фейри, собравшихся сейчас на помосте. – Дэвиен кладет руку на мою ладонь, лежащую поверх грифа лютни. – Иди и сыграй для меня. Наполни мой мир своей песней.

Я едва заметно киваю, но так и не отвожу от него глаз. Мысли нещадно путаются в голове, и я чуть не спотыкаюсь о собственные ноги. Над толпой плывет песня, которую играют музыканты. Музыка оживляет сегодняшний ранний вечер. Оторвавшись наконец от этого волшебного мужчины, я пригибаюсь и с легкостью направляюсь к сцене.

Однако на ступеньках, которые ведут на помост, снова медлю. Я по-прежнему слышу шепот Джойс и Хелены, хоть с каждым днем он звучит тише, будто бы доносится из все более отдаленного места. Их нет в этом мире. Они не знают нынешнюю Катрию, смелую девушку, играющую музыку для фейри и вместе с ними. Я бросаюсь вверх по лестнице и перепрыгиваю последние две ступеньки.

Меня тут же наполняет музыка, и не успевают ноги коснуться гулких досок помоста, как я начинаю играть, подхватывая ритм. Вместе с другими музыкантами мы, двигаясь и раскачиваясь, услаждаем толпу. В нашей песне нет слов и мелодия незнакома, и все же этот сладостный звук почти вызывает слезы на глазах. Я смеюсь, кружась на помосте и быстро перебирая пальцами струны; сердце несется галопом в попытке догнать ритм.

Я узнаю вокруг себя музыкантов, с которыми играла в «Орущем козле», и мы обмениваемся заговорщическими улыбками. Мне одобрительно кивает мужчина, похоже, возглавляющий группу, и волосы цвета воронова крыла падают ему на лоб, разрисованный светящимися татуировками.

Во время очередного поворота на сцене я вдруг резко замираю и встречаюсь взглядом с Дэвиеном. Он стоит возле помоста с Рафом на плечах, и оба смотрят прямо на меня. Но я вижу одного лишь Дэвиена. Он тоже раздобыл себе корону, такую же, как у других мужчин, но на его голове она смотрится иначе. Ведь он принц, спрятанный у всех на виду. И оригинал этой короны предназначен именно для него. Я тут же вспоминаю, как мало драгоценного времени мне осталось провести с ним рядом.

«Услышь меня, – тут же безмолвно взывает к нему мой внутренний голос, побуждаемый мимолетностью мгновений, оставшихся мне в этом мире. – Слушай мою песню, ведь она звучит для тебя одного. Послушай ее сейчас, потому что у меня, возможно, не хватит смелости сыграть ее снова».

Я не знаю, чье сердце бьется у меня в груди, но оно сильнее и увереннее того, что было со мной всю жизнь. У него есть свои собственные желания и потребности, и с каждым лихорадочным ударом оно словно уверяет меня, что ему никто не откажет.

«Я не услышу отказа».

Дэвиен слегка приоткрывает рот. Его лоб разглаживается, а губы растягиваются в расслабленной улыбке, самой искренней и нежной из всех, что я когда-либо видела. Она освещает лицо ярче, чем магия фейри, машущих над головой стрекозиными и голубиными крыльями.

Я играю, пока песня не подходит к концу – гораздо дольше, чем ожидала. И во время перерыва тихо спускаюсь с помоста, погружаясь в темноту. Стоя под светящимися цветами-колокольчиками, волшебным образом освещающими музыкантов, я даже не осознавала, насколько уже стемнело вокруг.