Астрология утверждает, что двенадцать знаков Зодиака сравнимы с двенадцатью цифрами на циферблате часов. Большая стрелка показывает на наш знак, а минутная отсчитывает наши восхождения. Сообща они определяют тот «контракт», который надо выполнить в течение нашей текущей реинкарнации.

На каком же часу нашей «полной» жизни находимся мы сейчас?

134. Интернационализация

Люсиндер нанес нам визит и посоветовал не торопиться вывешивать праздничные флаги. Представители некоторых религий пребывали в крайнем возбуждении. Папа римский и некоторые фундаменталистские сообщества недобро посматривали на то, как танатонавтика со своим уставом лезет в их монастырь.

Когда Рауль запротестовал, что мы, дескать, здесь ни при чем, президент ответил, мол, пусть даже и так, но уже свыше сотни религиозных деятелей всех толков скончались в стремлении повторить наши эксперименты. Мой друг заявил, что им следовало бы больше внимания уделять научной стороне декорпорации и меньше уповать на силу собственной веры. Люсиндер согласился с этим аргументом, но мы чувствовали, что он озабочен.

Может ли быть, что в середине XXI столетия надо бояться власти священнослужителей?

На нашем танатодроме «Бют-Шомон» мы работали над тем, как сделать полеты еще более надежными. Стефания удостоверила, что взлет проходит лучше, когда она держит позвоночник совершенно прямо, спина расслаблена, подбородок на груди, а плечи опущены. Тогда мы заказали пусковое кресло по образцу той шведской мебели, в которой человек поневоле сидит так, чтобы не причинять вреда позвоночнику.

Мы соорудили вокруг кресла стеклянный, изолирующий от шума пузырь. Ряд несчастных случаев произошел лишь потому, что кое-кто по оплошности отвлек танатонавта во время полета. Пуповинки пилотов лопались, прежде чем их успевали вернуть. Несвоевременный телефонный звонок, дверь, хлопнувшая из-за сквозняка, – и смерть обеспечена! С этим не шутят.

Чтобы еще больше способствовать полету, мы установили даже высококачественную музыкальную систему, чтобы душе было приятно стартовать под литургическую или священную музыку.

Знаменитый модельер в сотрудничестве с мудрецом-электронщиком создали по-настоящему удобный костюм.

С этих пор униформа танатонавта уже не была ни спортивным трико, ни смокингом. Она стала напоминать экипировку подводного пловца-диверсанта. Мы в Париже выбрали для себя белый цвет.

Идею подхватили. На различных танатодромах планеты возникла мода на униформу. Японцы остановились на черном цвете, американцы решили взять фиолетовый, а англичане – красный. Фотографы были в восторге: наконец-то их снимки стали производить заслуженное впечатление.

Совершенно логично, что вслед за костюмами появились нашивки. На нашей эмблеме был запечатлен феникс, пересекающий кольца бушующего пламени.

Каждому танатодрому – свою религиозно-культурную специализацию. Африканцы отправлялись в церемониальных покровах под гром тамтамов. В качестве эмблемы у них были слоны, гепарды и попугаи. Жители Ямайки предпочитали рэггей и марихуану. Русские уважали православные песнопения и водку. Перуанцы жевали листья коки и вылетали под чарующие мелодии свирелей. На их эмблемах красовалась посмертная маска Великого Инки.

На международных чемпионов заводились скаковые книги. У каждого имелся свой фаворит. Пари можно было запросто заключить через лондонских букмекеров. Кто первым пересечет вторую коматозную стену? На испанца (эмблема с головой быка) ставили двенадцать к одному против американца (эмблема с головой орла). Свидетельства о пузырях воспоминаний накапливались, разнообразные и удивительные. Тираж «Танатонавта-любителя» взмывал вверх, как стрела, выпущенная из лука.

В своем магазине мать с братом организовали продажу пусковых кресел («Сделано в «Бют-Шомон») и «ракетоносителей» (для них я синтезировал формулу плацебо, причинявшую меньше вреда печени и почкам), а также комбинезонов с датчиками. Деньги лились потоком.

Танатонавтика не просто захватывала мир, она становилась более комфортабельной, более практичной, более точной. Благодаря креслу в защитном пузыре и новому костюму тот свет казался доступным всем и каждому.

135. Кельтская мифология