Совершенно логично, что вслед за костюмами появились нашивки. На нашей эмблеме был запечатлен феникс, пересекающий кольца бушующего пламени.

Каждому танатодрому — свою религиозно-культурную специализацию. Африканцы отправлялись в церемониальных покровах под гром тамтамов. В качестве эмблемы у них были слоны, гепарды и попугаи. Жители Ямайки предпочитали рэггей и марихуану. Русские уважали православные песнопения и водку. Перуанцы жевали листья коки и вылетали под чарующие мелодии свирелей. На их эмблемах красовалась посмертная маска Великого Инки.

На международных чемпионов заводились скаковые книги. У каждого имелся свой фаворит. Пари можно было запросто заключить через лондонских букмекеров. Кто первым пересечет вторую коматозную стену? На испанца (эмблема с головой быка) ставили двенадцать к одному против американца (эмблема с головой орла). Свидетельства о пузырях воспоминаний накапливались, все разные, все удивительные. Тираж "Танатонавта-любителя " взмывал вверх, как стрела, выпущенная из лука.

В своем магазине мать с братом организовали продажу пусковых кресел («Сделано в Соломенных Горках») и «ракетоносителей» (для них я синтезировал формулу плацебо, не в пример более безвредную для печени и почек), а также комбинезоны с датчиками. Деньги лились потоком.

Танатонавтика не просто захватывала мир, она становилась более комфортабельной, более практичной, более точной. Благодаря креслу в защитном пузыре и новому костюму, тот свет казался доступным всем и каждому.

135 — КЕЛЬТСКАЯ МИФОЛОГИЯ

136 — ВТОРАЯ КОМАТОЗНАЯ СТЕНА

Несмотря на учащавшиеся попытки, Мох 2 оставался непокоренным. Сукуми Юка, дзенский монах, сумел все же его коснуться и утверждал, что разглядел за стеной красные сполохи, которые, по его словам, «напоминали гейш». Довольно странное выражение для человека, посвятившего себя духовности! Он отказался дать какие-либо уточнения, добавив только, причем неоднократно, что хотел бы как можно скорее вернуться, чтобы встретиться с ними вновь.

Большего ему рассказать было не суждено. Второй полет стал последним. Когда товарищи решили отключить монаха от машины, то увидели его бездыханно лежащим в луже спермы, а тело было изогнуто словно в любовном объятии.

Это сообщение было сохранено в строжайшем секрете. Если люди вообразят себе, что в смерти находятся вечные сексуальные наслаждения, танатонавтика вызовет взрыв самоубийств планетарного масштаба!

Все ждали нового разведчика. И дождались. После первого же полета он сообщил нам более точные свидетельства. Это был индийский йог, Раджив Бинту. То, что ему пришлось пережить, он описал в книге, не замедлившей стать международным бестселлером ("Ближе к концу ", издательство «Новый Континент»).

Как и Феликс когда-то, Раджив Бинту попал в ловушку «звездной болезни». Он больше не мог сосредоточиться на своих спиритуальных способностях. Для взлета он стал пользоваться галлюциногенными травами и по возвращении ничего уже не помнил.