Таким образом, «народ», взятый как метафизическая категория, отождествляется не с конкретной массой индивидуумов одной крови, культуры и говорящей на одном языке, но с таинственной ангелической личностью, проступающей сквозь всю историю. Это аналог Абсолютной Идеи Гегеля, только в малой форме. Национальный разум, отчуждающийся в индивидуальном множестве и вновь собирающийся (в осознанном, «отснятом» виде) в элите нации в определенные эсхатологические периоды истории. Здесь мы подходим к очень важному моменту: эти два понимания «нации», одинаково приемлемые для национал-большевистского мировоззрения, имеют точку соприкосновения, магический пункт, в котором они сливаются воедино. Речь идет о России и ее исторической миссии. Показательно, что немецкий национал-большевизм в качестве краеугольного камня имел именно русофилию, из которой проистекали и геополитические, и социальные, и экономические воззрения. Русское, и в еще большей степени советское, понимание "русского народа" как открытой мистической общины, призванной дать свет спасения и истины всему миру в эпоху конца времен, удовлетворяет и великоконтинентальному и культурно-историческому аспекту нации. Русско-советский национализм и становится в таком случае фокусом национал-большевистской идеологии, причем не только в рамках России или Восточной Европы, но на планетарном уровне. Ангел России открывается как ангел интеграции, как некое особое световое существо, стремящееся телеологически объединить в себе иные ангелические сущности, не стирая их индивидуальность, но возвышая ее до универсальных имперских масштабов. И не случайно Эрих Мюллер, ученик и ближайший сподвижник Эрнста Никиша, в своей книге «Национал-большевизм» писал: "Если Первый Райх был католическим, а Второй Райх — протестантским, то Третий Райх должен быть православным". Православным и советским одновременно.

В данном случае мы сталкиваемся с очень любопытным вопросом. Так как ангелы наций суть различные индивидуумы, то судьбы народов в истории, и соответственно, их социально-политические и религиозные институты, отражают картину диспозиции сил в самом ангелическом мире. Поразительно, но эта чисто теологическая идея блестяще подтверждается геополитическими исследованиями, которые демонстрируют взаимосвязь между географическими и ландшафтными условиями существования народов и их культурой, психологией и даже социально-политическими предпочтениями. Так постепенно проясняется дуализм между Востоком и Западом, который дублируется этническим дуализмом: сухопутная «идеократическая» Россия (славянский мир плюс другие евразийские этносы) против островного «плутократического» англо-саксонского Запада. Ангельское полчище Евразии против атлантических воинств капитализма. При этом о подлинном качестве «ангела» Капитала (в Традиции его имя — "Маммона") легко догадаться…

6. Традиционализм (Эвола, взгляд "слева")