Читаем Талларн: Палач полностью

— Акил, слышишь меня? — она подождала секунду, и щелкнула тумблер вновь, — Акил?

— Слышу вас, лейтенант, — голос его звучал сонно, словно с трудом пытался проснуться.

— Хорошо, — она включила канал связи эскадрона, — все машины, мы глушим двигатели и прекращаем переговоры. Выключить всё, кроме системы подачи воздуха. Я имею ввиду всё. Не двигаться, не использовать ничего, что выделяет тепло или потребляет энергию. Включить вокс через тридцать, три-ноль минут.

Она глянула в прицел последний раз, рука потянулась к кнопке выключения питания.

Земля вздрогнула ещё раз, и ещё.

— Погоди секунду… — начал Брел, но протест свой он уже не смог завершить.

Титан шагнул из тумана перед глазами Тахиры, словно вышел из‑за занавеса. Изогнутые пластины брони толщиной в несколько метров покрывали его плечи, а спина, казалось, ссутулилась под тяжестью установленных в стойках ракет. Изъеденная оранжевая краска покрывала его череп. Руки представляли собой длинноствольные орудия. Маслянистые оболочки пустотных щитов мерцали в тумане, в глазах горел электрический зелёный свет. Лучи сканеров обшаривали поверхность перед ним, пока поршни шириной в три ствола шипели, делая следующий шаг.

Это был бог войны, высшая боевая машина. Линейный Титан, и мир сотрясался от его поступи.

— Отходим! — Тахира почувствовала, как крик вырвался из её глотки. Макис тоже кричал, двигатель «Фонаря» ревел, пробуждаясь и набирая полную мощность, вокс скрипел воплями остальных членов экипажа. Титан шагал неторопливо, огонь сверкнул в его правой руке над их головами, она урчала и скрипела, прокручивая стволы орудия.

«Коготь» завизжал, протестуя против действий Акила, подавшего максимальную мощность на непрогретые узлы. Машина прыгнула назад, траки пропахали землю.

— Не вижу его! — прокричал Удо. Парнишка обнимал прицел лазпушки, палец лежал на спусковом крючке. Земля вокруг них вздыбилась. Машину разведки подбросило в воздух, через секунду она рухнула обратно. Жёлто-красные всполохи пламени мелькнули в смотровых щелях, корпус загудел, как от поцелуя шрапнели. Акила швырнуло вперёд, когда «Коготь» врезался в землю. Взрыв боли заполнил череп. Пронзительный гул, казалось, захлестнул его, тёплая жидкость потекла со лба, заливая его левый глаз. Он дотянулся до рычагов управления, опознав их наощупь руками сквозь резиновые перчатки, видел он смутно. «Коготь» продолжал двигаться, траки с пробуксовкой завращались, едва они коснулись грунта. Акил навалился на рычаг привода правого трака, и машину резко развернуло.

Снаружи вновь раздался рёв орудия Титана, и мир закачался, как от удара одного из древних богов. Он бросил «Когтя» вперёд полным ходом, шестеренки завизжали, набирая скорость.

У них были секунды, в лучшем случае. Он слышал истории о Титанах, даже видел несколько памятных пиктов, запечатлевших их в действии. Они несли на себе достаточно вооружения, чтобы превратить целый город в груду щебня и расплавленного стекла. «Коготь» жил лишь благодаря тому, что божественная машина применила лишь частичку своей силы, чтобы убить их.

Зрение его ещё не восстановилось, но он мог видеть бело-голубой свет, ударивший по ту сторону смотровых щелей, и слышал визг плазмы прожигающей туман. Плазменный уничтожитель «Фонаря» вёл огонь по атакующей махине. Луч плазмы ударил в первый пустотный щит Титана и обрушил его в рёве статики. Титан зарычал в ответ, его боевые горны перекрыли даже гул его поступи. Орудие, смонтированное в его левой руке начало светиться, молнии побежали по ребристым фокусирующим контурам. По всей длине орудия вырывался пар.

Стволы правой руки начали вращаться.

— Когда сможем стрелять? — прокричала Тахира. «Фонарь» трясло на ходу, мотая из стороны в сторону, Макис вовсю пытался сделать из них трудную мишень.

Главное орудие дымилось от жара. Пот ручьем тёк с Тахиры внутри костюма, заливая ей глаза и мешая сфокусироваться. Они схлопнули один из щитов Титана, может два, но они даже не задели самого Титана.

— Спонсонные орудия, огонь! — крикнула Тахира, так и не выучив проклятые имена стрелков.

Оба спонсона выстрелили. Белые заряды энергии вырвались наружу, поджигая воздух, разливаясь по щитам Титана светящимися кольцами. Ещё один пустотный щит задрожал, зашипел и обрушился. Лазпушки продолжали стрелять, пробуя на прочность следующий слой. Она смотрела, как гатлинг-орудие Титана набирает скорость, неотвратимо раскручиваясь, в то время как его плазменное орудие на другой руке излучало жар и вспышки, набирая мощность.

— Главное орудие, огонь!

— Ещё не готово.

— Немедленно — другого шанса у нас не будет.

Лахлан выругался и нажал на гашетку. Луч плазмы полыхнул из жерла перегретого орудия. Раскалённый газ вырвался с казённой части рядом с Лахланом, обтекая защитные пластины ужасающими неоновыми облаками. Лахлан завопил, когда газ окутал его, защитный костюм приплавился к его коже, по лёгким пошли волдыри от нестерпимого жара. Завыла сирена тревоги.