— Одичал, бедняга. — Северов прервал зевок и весь похолодел: над песками, прямо на них, шла Оранжевая Смерть — огромная бесформенная туча. Капитан мельком взглянул на звездолет, но Арди остановил его:

— Куда же ты? Это он… Теперь он такой.

— Арди?

— Не бойся. Тебя он не тронет… не тронет… не тронет…

— Подожди! — не своим голосом закричал Северов, не чувствуя, как пальцы увязли в плечах Арди. — Подожди! Только не сейчас! Слышишь!

— Я… я не глухой… Чего тебе?

— Это же Оранжевая Смерть!

— Навыдумывали люди… Чудаки: назвали смертью то… что стало большой… беспредельной жизнью.

Оранжевая туча замедлила движение и остановилась метрах в пятнадцати от них.

— Он зовет меня, — сказал Арди и осторожно пошел, оставляя на песке клочки мутноватой слизи. На полпути остановился, вяло помахал рукой капитану:

— Иди к нему… туда.

Северов покашлял и отрицательно качнул головой. Арди так же медленно вернулся. Лицо его было печальным:

— Я ему не нужен. Он сказал: пусть придет Сергей и сам перешагнет порог Со-Лесты… сам, а не его ощущения.

Капитан поиграл желваками и закурил. Вспомнил: «Кто попал сюда, назад не вернется». Вот оно что… Он боялся смотреть на Тучу, будто и в самом деле Арди наблюдал за ним тысячью глаз и смеялся над его трусостью…

И вдруг словно острый кинжал пронзил его: посредник! Этот Арди посредник!.. Неужели… Северов сдавил виски пальцами, но тут же поднял голову. Оранжевая Смерть качнулась и уже заскользила обратно, к зыбкой линии горизонта.

— Ты не захотел. Он обиделся… Вы так давно не встречались!

— Что это?

— Он очень занят… очень.

— Что это было?

Арди пристально смотрел вслед удалявшейся Туче и не сразу ответил:

— Это не имеет названия… для перехода в сверхдалекие системы… Ты ничего не поймешь… — Арди склонил голову, и Северов увидел нечеловеческую тоску в его глазах. — Он совсем забыл меня. А скоро смерть. Я чувствую… чувствую… чувств… ую…

* * *

Через два дня звездолет улетал.

Арди давно уже стоял возле дюз, устремив застывший взгляд на дальнюю гряду гор. Северов не знал, умер ли он, или с ним произошел затянувшийся шок.

Мучимый желанием взлететь и болью за беззащитное существо, капитан долго стоял в нерешительности, не зная, что предпринять. Затем дал команду роботам перенести Арди на безопасное от дюз расстояние, но тот вдруг медленно повернулся и тихо сказал: «Жаль его. Жаль… Он так много работает…»

— Послушай… отойди подальше.

— Ты отправляешься? На Землю?

— Да.

— Значит, и ты покидаешь меня? — Крупная слеза скатилась по щеке Арди. — И я останусь совсем один?

— Отойди. Очень прошу тебя, отойди.

— Нет уже сил, Сережа… не могу…

Северов видел только глаза его, одни глаза — жалобные, молящие, как у выгнанной собаки, — и у него сжалось сердце и стон вырвался из груди. Тяжело ступая, он прошел в рубку, постоял возле кресла и решительно включил двигатели.

Аскольд Шейкин

ХЛЕБ ГРЯДУЩЕГО

Научно-фантастический рассказ

1