Читаем Такара полностью

— Видишь, большую уже спустил, туда пойдут наши личные вещи, можно еще спальники закинуть и термоковрики, на воде будет сыро и холодно, пригодятся. Эта лодка на четыреста килограмм рассчитана, считай каждый из нас по восемьдесят, итого триста двадцать и Хан примерно двадцать килограмм потянет, так что рюкзаки все во вторую лодку пойдут, иначе никак.

— Ясно. То есть пока подождем. Я тебя, Тим, понял. Заодно схожу, посмотрю, как там наши новые соседи поживают.

— Ага, только не шумни, не привлекай внимания.

— Не учи ученого, понимаю конспирацию. — Не смог удержаться от подколки Миха.

Тим махнул рукой: мол, вали, а я дальше качать буду.

Еще через полчаса и вторая лодка была спущена на воду. Затем началась укладка снаряжения. Тим, снова сняв ботинки, носки и даже штаны зашел в воду и принимал у Мишки рюкзаки и сумки, аккуратно укладывая на дно лодки, закончив, он основательно привязал поклажу к пустым уключинам, сверху пристроил весла. Даже если и не пригодятся, то пусть будут поближе. Затем накрепко привязал одну лодку к другой. Потерять теперь их импровизированную баржу, точнее драгоценное имущество, равносильно самоубийству. Работать в воде было холодновато. Вода в озере теплая, но буквально в пяти метрах находилось устье ручья, с поистине ледяной водой, так что Гай прилично замерз. Он даже пару раз выскакивал из воды и прыгал, приседал, чтобы согреться. Мелкие камни кололи голые ступни, дополняя набор удовольствий. Можно было бы грузить лодку, частично вытащив ее на берег, но он не стал рисковать, мало ли что? Если есть один шанс порвать днище — его нельзя игнорировать. Слишком большие ставки на кону.

Закончив погрузку, ребята пошли к лагерю, теперь операция вступала в заключительную стадию. Требовалось очень осторожно свернуть палатки и убраться из лагеря, именно в этот момент они оказывались наиболее уязвимы для потенциальных противников, особенно когда только отплывут и будут не далеко от берега — идеальная мишень, а вот тех, кто будет стрелять по ним видно не будет совершенно. Вывод простой — уйти надо по-английски, не прощаясь.

У палаток царил мир и покой маленький «дежурный» костерок, аккуратно поддерживаемый Арсением, манил к себе, сразу захотелось погреться у огня, только сейчас Гай понял, сколько времени он провел в практически полной тьме, его даже чуток передернуло. Языки пламени выхватили из темноты фигуру Арсения с силуэтом верного Хана у ног.

— Все тихо, Тим. Эти. — Он кивнул в сторону соседей. — Вроде тоже затихли.

— Стоп. Что значит, затихли? Куда они делись? — Заволновался Гаев, сам не зная почему.

— Баинькать пошли наверняка. — Вмешался Миша.

— Нахер наверняка, надо точно. Чует мое сердце, какая то пакость нам готовится. Черт. Давайте, собирайте палатки, Мишка, Сеня маленькую, а мы с Ирой большую, все начали.

Собирали ударными темпами, всем передалось волнение Тима и потому работали зачетно, перевыполняя все нормативы по сбору палаток у туристов. Аккуратно складывать тенты никому и в голову не пришло, главное собрать все крепежи и растяжки, ткань просто запихивали в мешки.

— Ребят, а где Хан? — Вдруг опомнился Сеня. — Только что здесь крутился…

Спустя какие-то секунды, когда со стороны бухточки раздался яростный лай пса и человеческие крики, ребята, разом позабыв о палатке, буквально ринулись по едва заметной тропе вниз. Несколько раз Тима основательно приложило о деревья, но он не обратил на это никакого внимания. За шумом на берегу их топот оказался не замечен. Так что они вырвались на пляж как привидения или духи мщения. Разобраться толком, что происходит, не было никакой возможности, рычание лайки раздавалось совсем близко, и когда перед Гаем возник силуэт человека, он без раздумий ударил его со всей силы прикладом по голове. Удар вышел не слишком убойным — помешал резиновый амортизатор, но все равно скорости разгона и широты замаха хватило, чтобы человек с громким криком отлетел на несколько метров в сторону и провалился в кусты. Рядом также сработал Мишка, успешно пробивший в голову еще одного лиходея. Резкий и совершенно неожиданный удар, прилетевший откуда-то сбоку, сшиб Тима с ног. На миг растерявшись он кривовато упал, чуть не угодив в колючий куст, но ошеломлен не был, и сразу же начал подниматься…

Оглушительно грянул выстрел, яркая вспышка осветила на долю секунды пляж. Все слегка оглохли и струхнули. Этого оказалось достаточно и незадачливые воры в панике ломанулись в кустарник.

Первой реакцией Тима было спрятаться за деревом — раз уж начали стрелять, то лучше иметь прикрытие. Но стрельба продолжения не получила, он присел и огляделся по сторонам. Как выяснилось, стрелял Сеня. Заметив падение Тима, он занервничал и в избытке эмоций шмальнул в воздух. Убегающих еще некоторое время преследовал пес, заливаясь звонким лаем, переходящим в рычание. Заглушаемое криками, матами и взвизгами беглецов. Как пояснил Арсений, когда пес вернулся к хозяину с довольным видом, рычание предваряло «надрыв икрожопной мышцы».

— Мишка со мной, Сеня, Ира, остаетесь здесь! Мы за палатками.