…Финал пятому «звездному» отряду мы проиграли. Два-четыре, хотя счет в данном случае не отражает всей глубины нашего падения – первый мяч мы забили уже при 0:3 и тут же получили четвертую пробоину. Не повезло. Не везло весь матч: там чуть-чуть не достал, здесь немного не добежал на выходе, а потом отбил прямо на ногу нападающему, ну вот хоть бы полметра туда или сюда, и ничего бы, кажется, не было…

На следующий день в обед подошел отец и сказал:

– Отпросил тебя у Сереги на тихий час. Сходим в Джемете…

О! В самое Джемете!

Собственно, с формальной точки зрения это был всего лишь маленький поселок на побережье, этакий частнособственнический оазис в плотной веренице казенных здравниц Пионерского проспекта, оккупировавших почти все побережье. Ну а с неформальной – исчадие ада и гнездо разврата! Достаточно сказать, что все сбежавшие из лагерей пионеры, если и не топли в стальных волнах Черного моря, то уж всенепременнейше затем обжирались немытых фруктов и погибали от дизентерии в страшных муках. И делали это как раз в Джемете. Так, во всяком случае, нам сообщали во время экстренных линеек, созываемых по случаю очередного несанкционированного обретения свободы кем-то из отдыхающих. Сообщали и категорически предостерегали от повторения!

Товарищи взрослые, надо заметить, тоже не брезговали вкусить запретного плода. В нашем отряде был пионер Владимир Заморин, мать которого работала вожатой, но не с нами, а в другом. И однажды она тоже взяла его на тихий час, дабы Володенька спокойно покушал фруктиков. Вернулся Володенька не только сытый, но и с изрядно округлившимися глазами, после чего отозвал меня в сторону и шепотом доложил: «Видал я физруков в Джемете, пиво пили… да твой отец из них, оказывается – ЕДИНСТВЕННЫЙ ПРИЛИЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК!!!»

Да, вот такое было место. И в любой другой момент я был бы счастлив взглянуть на него своими глазами – но только не в этот…

Отец неторопливо прихлебывал из кружки, я мрачно жевал черешню, сплевывая косточки в бумажный кулек. В голове раз за разом крутилось… наверное, это чувство знакомо каждому истинному суппортеру, когда ты вновь и вновь «отсматриваешь» уже завершившуюся игру, и мяч снова летит не туда, и опять отскакивает не так, самым наихудшим образом, и ничего нельзя изменить, и ноги бессильно вязнут, как в дурном сне, и ты коришь и себя, и свою команду, ну почему же, почему же… Почему?! Зачем же так, зачем я не пошел на перехват до конца, а дернулся и застыл, а потом назад, но уже поздно…

– Да не переживай ты так, – сказал отец. – Пятый отряд, ну старше вас, видно было. Не майся. Выиграете еще. Обязательно выиграете!

– Да? – спросил я. – Точно?

Тяжелый рок