…На поверхность я выбрался окрыленный. «Встать в строй!!!» так и звенело торжественно в ушах. Но процесс инициации, как выяснилось, еще не был окончен. Неподалеку от входа, на припорошенном первым октябрьским снежком асфальте маячил, закуривая, еще один персонаж, на фоне которого самбист Хрящиков смотрелся еще относительно дружелюбно. «Беспородый, Беспородый пришел…» – прошелестело где-то сзади. «Слышь, борец… подойди-ка ко мне!» Прочие поднимавшиеся сразу как-то сжались, делая вид, что их это не касается, но, впрочем, адресат обращения был сразу ясен (а вообще, обращение «борец» также использовалось Д. В. Серпорезюком и, как правило, ничего хорошего обращаемому не сулило. – Прим. авт. ).

Я медленно приблизился, и тут Беспородый… я, кстати, подумал – кличка. Оказалось – настоящая фамилия. Ну, «маленькая собачка – до старости щенок»…

Вообще, в реальной борьбе «боковая подсечка» – прием не самый эффективный, зачастую оборачивающийся пресловутым «броском НА СЕБЯ». Но с новичком, особенно если его коварно подманить на тонкий ледок, может выйти весьма эффектно. Одно движение – и ты уже взмываешь вверх тормашками, и потом в асфальт. И все, что характерно – «без помощи рук». А больна-а-а!!!

– Самостраховка – где?! – нагнувшись и сурово выпустив в меня мощный клуб самосада, поинтересовался мой новый знакомый. – Ладно, вижу: нормально. Можешь приходить, разрешаю. Только мне на глаза пореже попадайся.

A Day in the Life

Та неделя вообще выдалась бурной. В понедельник красно-белые мастера скрестили клюшки с заклятыми друзьями из бледно-голубого стана. Матч получился захватывающий, как сказали бы сейчас – настоящий триллер! Обе команды попеременно вели в счете, но решающего преимущества добиться не удавалось ни одной из сторон. Наконец защитник Тюриков вывел нас вперед, 6:5, пошла последняя минута, секундная стрелка, почти, казалось, застывшая, все-таки миновала нижнюю точку циферблата, и… и на экране побежала заставка святой для всех отечественных телезрителей программы «Время». «Время, вперед!», так сказать. Игры тогда уже предусмотрительно начинались в 18:45, но накал страстей был столь велик, что не смогли уложиться даже в эти добавленные для трансляции пятнадцать минут. Я был так раздосадован этим фактом, что даже пропустил рубрику «Новости спорта», подошел лишь к синоптическим предсказаниям… «Ну ничего, – утешил я сам себя. – Выиграли, выиграли. Да наверняка выиграли! Что там оставалось, всего ничего, да и шайба была у нас… выиграли, это несомненно».

На следующий день мы с коллегой Воробьевым стояли на остановке, дабы продолжить знакомство с искусством самообороны без оружия. Коллега задумчиво ковырял в носу, высматривая, не покажется ли где вдалеке потребный нам троллейбус, я же судорожно искал спортивный раздел в наклеенных на стенды газетах. «Советский спорт», как назло, ободрали весь, наконец отыскал – и замер, будто громом пораженный:

«Динамо» – «Спартак» 6:6 (…Первухин (60)).

Отыгрались все-таки, проклятущие! На самой распоследней, шестидесятой минуте, ну как же так… ну ведь все же было хорошо, ведь вели и шайбой владели, ну сколько там секунд могло остаться…

– Ты поедешь или нет, мне долго двери держать?! – весело крикнул Алексей Воробьев. Оказывается, пораженный громом, я простоял столь долго, что троллейбус успел спуститься к нам от самой бесконечности и уже готовился к отправлению. Но сама мысль о том, что сейчас надо будет оказаться в одном объеме с динамовцем, обжигала просто кислотой. Как языком прикоснуться к промерзшей железке газетного стенда.

– Да пошел ты… – зло сказал я. Черт, ну как же так, а?!

– Как хочешь. Опоздаешь – не пустят…

Двери захлопнулись. Алексей уехал. Вскоре он покинет нашу секцию, а это взволнованное повествование он покидает прямо сейчас. Но свои претензии, я считаю, он может адресовать только своему любимому защитнику Василию Первухину.

На занятие я все-таки успел.