Но люди, проталкиваясь к нему, не обращали на меня внимания. Добравшиеся до Джесса тянулись, чтобы к нему прикоснуться. Что касается меня, вскоре я не смогла больше двигаться. Не могла перевести дыхание. Со всех сторон меня окружали люди, которые не желали причинять мне зла, – но душили меня.

Я услышала вдалеке музыку.

– Pie Jesu…

«Милостивый Иисус».

– Ты – тот, кто забирает грехи из мира, – пела маленькая светловолосая девочка, которая выиграла бы конкурс в Америке.

– Pie Jesu, Pie Jesu.

Я не могла дышать. Я должна была сделать хотя бы один вдох. Если я его не сделаю – потеряю сознание. Это казалось нелепым. Минуту назад со мной все было в порядке. А теперь я как в капкане и не могу двигаться, не могу позвать моего Джесса и дать ему знать, что я в беде. Я потеряю сознание, если сейчас же не вдохну.

– Возьми меня за руку.

Кто это сказал?

Ах да, должно быть, Джесс. Он все время так говорит. «Возьми меня за руку. Возьми меня за руку». На самом деле он имеет в виду – поверь в невозможное, что горы и вправду могут сдвинуться, что я могу летать по воздуху, что я могу сделать все, что угодно, если попрошу, веря в это.

– Если в тебе есть вера с горчичное зерно.

Кто это сказал? Должно быть, Джесс. Он знает, что я не могу дышать? Он знает, что толпа, которую он призвал своим счастьем, выжимает из меня жизнь?

– Pie Jesu.

Один вдох. Всего один. Если бы я могла вдохнуть, все было бы в порядке. Вместо этого у меня перед глазами плыли разноцветные пятна. Я теряла сознание. Я не очнусь. Я знала это. Я умру. Как глупо. Но это и вправду происходило, и никто об этом не знал.

– Возьми меня за руку.

Что проку в вере, когда реальность заключается в том, что моему телу нужно дышать? Разве вера породит воздух, наполнит легкие, предотвратит смерть? Я умирала. Еще несколько мгновений – и я умру, окруженная счастливыми людьми, которые давили меня.

– Pie Jesu, Pie Jesu…

– Возьми меня за руку.

Поскольку выбора у меня не было, стоило попытаться. Я сказала себе, что могу летать, и – почему бы нет? – поверила в это. Я могла сдвинуть горы. Я взяла его за руку.

Мгновение спустя я очутилась под шишковатыми распростертыми ветвями древней смоковницы.

Солнце касалось горизонта. Полный чувства собственного достоинства старик с короткими седеющими волосами приподнял мою голову и заставил меня выпить из тыквенной бутыли. У него были сильные руки, он носил бусы из раковин каури [77] поверх завязанной поперек груди одежды. Он выглядел африканцем.

Он улыбнулся, и улыбка его проникла прямо в мое сердце.

– Карибу, мама.

«Добро пожаловать, мама».

Откуда я знала, что именно он сказал?

Джесс подошел к смоковнице, посмотрел на меня сверху вниз и улыбнулся.

Старик взял палку и ударил в большой барабан. Потом опустился на землю у ног Джесса, наигрывая большими пальцами на каком-то музыкальном инструменте. С сияющими глазами он запел:

– Саути йя Мунгу…

«Голос Бога».

Очевидно, мне снился сон.

Глава 16

С 19.30 до 21.00 во всех корпусах общежития, в том числе в спальнях шестого класса, должны были царить тишина и атмосфера, благоприятствующая учебе.

Ариэль, Джессика, Николь, Эмили, Крис, Брэндон, Джон и Кайл, которые называли себя «Хасайеа», что означало «восемь» на змеином языке в книгах про Гарри Поттера, были шестиклассниками. Им не требовалось находиться в общежитии до 11 вечера, и они решили встретиться перед ЦСС – Центром студенческой самодеятельности – и отправиться покататься на лонгбордах. Лонгборды длиннее скейтбордов, отсюда и их название, колеса у них мягче, поэтому кажется, что ты занимаешься серфингом на суше.

Начиная с первого года обучения во время обеденных перерывов и в конце каждого дня Хасайеа регулярно видели в розарии Чоата, где они носились на своих лонгбордах через кампус – один за другим, потом вниз по проходу, через лужайки, перепрыгивая через скамейки и столики для пикников; перестраивались в изящные узоры и снова вытягивались в линию. Они въезжали в классы и выезжали из них. Они по очереди возглавляли строй. Кайл научил их перепрыгивать через препятствия. Он научил их синхронизировать свои действия. От демона скорости Криса они научились четкости и контролю. Эмили научила их кататься восьмеркой, похожей на змею. Они научились бесстрашию у Ариэли, играя друг с другом и с быстро приближающимися стенами в игру на выдержку. Недавно они принялись танцевать на движущихся досках. На уик-эндах они принимались кататься в более сложных местах в городе. Часто, если один из них падал, падали все остальные.